[an error occurred while processing the directive] [an error occurred while processing the directive]
Темная Башня.ру
 
[an error occurred while processing the directive]
Строфа первая: Лучевстряска.
Автор перевода: Лиланд Гонт (Фаэтон)

1

    - Как долго будут действовать чары?
    Поначалу никто не ответил на вопрос Роланда, и он задал его снова, на сей раз его взор остановился на другом конце гостиной дома Каллагэна1, там, где сидел Хенчек Мэнни с Кантабом, который женился на одной из много-численных внучек Хенчека. Эти два человека держали друг друга за руки, как это было принято у Мэнни. Старик потерял в этот день внучку, но даже если он и был огорчен, эмоции никак не отражались на его каменном лице.
    Рядом с Роландом, не державший ничью руку, молчаливый и сильно побледневший, сидел Эдди Дин . Около него на полу, скрестив ноги, находился Джейк Чеймберз. Ыш буквально весь спрятался у него в ногах, чего Роланд ни разу не видел ранее и никогда бы не поверил, что билли-трепотун способен на такое. И Эдди, и Джейк были обрызганы кровью. Та, что на рубашке Джейка принадлежала его другу Бенни Слайтману. Та, что была на Эдди - Маргарет Эйзенхарт, в прошлом Маргарет из клана Красной тропы , погибшей внучке старого правителя. Роланд знал, что и Эдди, и Джейк очень устали, но он почему-то был уверен, что этой ночью они не заснут. Где-то далеко, из города, послышались звуки фейерверка, песен и праздничных гуляний.
    Однако здесь никакой праздничной атмосферой даже и не пахло. Бенни и Маргарет были мертвы, а Сюзанна исчезла.
    - Хенчек, умоляю, скажи мне: как долго будут действовать чары?
    Старик как-то отрешенно погладил свою бороду.
    - Стрелок - Роланд - Я не могу тебе сказать этого. Ты же понимаешь, что волшебство двери в той пещере не зависит от меня.
    - Хотя бы скажи мне, что ты насчет этого думаешь. Если учесть то, что знаешь ты очень много.
    Эдди поднял свои руки. Они были грязные и дрожали, а под ногтями была кровь
    - Скажи, Хенчек, - произнес он скромным и тихим голосом, которого Роланду прежде никогда не доводилось слышать. - Скажи, я умоляю.
    Розалита, женщина, которая делала всю работу в доме Отца Каллагэна, вошла с подносом. На нем были чашки и графин, в котором плескалось кофе. Она, по крайней мере, уже успела сменить свои окровавленные грязные джинсы и сорочку на чистое белье, однако ее глаза до сих пор отражали ужас пережитого. Они затравленно смотрели с ее лица как маленькие животные из своих нор. Она молча налила кофе и раздала чашки. И при этом она была очень бледна, Роланд заметил это, когда брал одну из чашек. На ее правой руке виднелась полоса с красными прожилками. Кто это сделал Маргарет или Бенни? Он не знал. Или же ее руки носили неимоверно тяжелые вещи. Волки были побеждены. Посмеют они вернуться в Калью Брин Стерджис или нет. На это была воля ка. Их предводительницей была Сюзанна Дин, которая в последствии исчезла, прихватив с собой Черный Тринадцатый.
    - Вы действительно хотите это знать? - произнес Хенчек.
    - Да, отец, - согласился Роланд. - Я хочу знать все о постоянстве этого волшебства.
    Отец Каллагэн взял чашку кофе с легким поклоном и какой-то рассеянной улыбкой, но без всяких слов благодарности. Он говорил не так много с тех пор, как они пришли из пещеры. У него на коленях лежала книга под на-званием "Салимов Удел"2, написанная каким-то неизвестным ему автором. Эта книга обещала быть беллетристикой, но он, Дональд Каллагэн, был там. Он жил в городе, о котором там говорится, он принимал участие в тех собы-тиях, которые были описаны в книге. Он смотрел на заднюю сторону книги и на ее откидную боковую часть обложки, где обычно располагается фотогра-фия автора, абсолютно уверенный в том, что увидит собственное лицо, смот-рящее на него оттуда (взглядом, каким он смотрел в 1975 году, когда вероятней всего и происходили события, описанные в книге). Однако фото автора отсутствовало, о нем было только примечание, да и то весьма скудное. Он жил в штате Мэн. Был женат. К тому времени у него уже вышла одна книга, которая была довольно неплоха, если верить цитатам на задней стороне кни-ги.
    - Чем сильнее чары, тем дольше они длятся, - сказал Кантаб, и затем вопросительно посмотрел на Хенчека.
    - Да, - сказал Хенчек. - Волшебство и притяжение кристаллов - одно целое, корни которого исходят из прошлого. - Он сделал паузу. - Задолго до того, когда ты впервые увидел мир
    - Эта дверь открывалась во многих местах и много раз в том мире, из которого прибыли мои друзья, - Роланд сказал. - Я открыл бы ее снова, но только в двух последних местах. В тех двух, в которых она открывалась недавно. Такое возможно?
    Они ждали пока Хенчек и Кантаб совещались. Мэнни были очень заядлыми путешественниками. Если кто и знал, если кто и мог сделать то, чего хотел Роланд - чего хотели все - так это были только они.
    Кантаб почтительно наклонился к старому человеку, дину Кальи Красной тропы. Он шептал. Хенчек слушал, его лицо было лишено всяких эмоций, затем он своей высохшей старой рукой повернул к себе голову Кантаба и что-то зашептал в ответ.
    Эдди изменился, и Роланд чувствовал его готовность рвануться, а возможно и закричать. Он сдерживающее положил свою руку на плечо Эдди, и тот остыл. По крайней мере, на время.
    Перешептывание происходило около пяти минут, в то время как другие ждали. Городские звуки праздничных гуляний были очень невыносимы для Роланда, и один только Бог знал, что сейчас происходит в душе у Эдди.
    Наконец Хенчек легонько похлопал Кантаба по щеке и направился к Роланду.
    - Мы думаем, что это возможно, - сказал он.
    - Спасибо, Боже, - произнес тихо Эдди. Затем громче. - Спасибо, Боже! Так пошли же туда. Мы встретим вас на Восточной Дороге и…
    Оба бородатых людей отрицательно покачали головами: Хенчек с какой-то грустью, Кантаб смотрел взглядом, в котором читался почти что ужас.
    - Мы не пойдем к Пещере Голосов в темноте, - сказал Хенчек.
    - Но мы должны! - взорвался Эдди. - Вы не понимаете! Это не только вопрос о том, как долго продлятся или не продлятся чары, это вопрос о времени с другой стороны! Оно там идет быстрее, и однажды оно пройдет, пройдет! Господь Всемогущий, да ведь у Сюзанны уже может быть тот ребенок, а если это своего рода каннибал…
    - Выслушайте меня, молодой человек, - произнес Хенчек. - И я умоляю, выслушайте меня очень внимательно. День почти уходит.
    Это была правда. Никогда в жизни Роланд еще не видел, чтобы день пробегал так быстро. Битва с Волками происходила рано утром, почти что на рассвете, затем празднование победы прямо там, на дороге, и одновременно сожаление о потерях (которые были на удивление небольшими, поскольку твари исчезли навсегда). Затем пришло осознание того, что Сюзанна ушла, и была найдена пещере, которая стала для них величайшим открытием. И когда они вернулись назад к полю битвы на Восточной Дороге было уже после полудня. Большинство горожан уже уехало домой вместе со своими спасенными детьми и с высоко поднятой головой. Хенчек охотно согласился на эту беседу, но к тому времени, когда они пришли в дом Отца Каллагэна, солнце было уже почти на закате.
    В конце концов, после всех этих дел, все, что мы сейчас хотим - просто хорошо выспаться, подумал Роланд, не зная, радоваться этому или огорчаться. Он мог довольно-таки эффективно использовать свой сон.
    - Я весь во внимании, - сказал Эдди, но рука Роланда была все еще на его плече, и он мог чувствовать, что этот молодой человек боится.
    - Даже если бы мы очень хотели пойти, мы не могли бы убедить достаточное количество других людей отправиться вместе с нами, - сказал Хенчек.
    - Но вы - их дин…
    - Это слово незнакомо для меня, потому что оно не с наших земель, но я, кажется, понимаю его суть. В большинстве случаев они наверняка бы пошли за мной, и они понимают, что такое долг, они многое должны вашему ка-тету из-за сегодняшней вашей помощи, они, вероятно, сказали бы вам спасибо и пошли бы за вами хоть на край света. Но они и носа не высунут ночью, чтобы двинуться с вами к пещере, потому что на тропе, ведущей туда сейчас полно всяких тварей. - Хенчек медленно, но уверенно покачал головой. - Нет, они не согласятся.
    - Слушайте, молодой человек. Кантаб и я можем вернуться к Красной тропе Кра-тен задолго до наступления темноты. Там мы созовем наш народ к Храму, который для нас является тем, чем Зал Встреч - для забывчивого народа. - Он бросил быстрый взгляд на Каллагэна. - Прошу прощения, Отец, если мои слова оскорбляют Вас.
    Каллагэн рассеянно кивнул, не отрывая своего взгляда от книги, которую он снова и снова крутил в своих руках Она была обвернута в защитную пластиковую обложку, ровно как и все книги - лидеры продаж. Цена, которая была набросана карандашом на форзаце книги, гласила $950. Это был второй роман какого-то молодого человека. Он задался вопросом, что сделало эту книгу такой дорогой. Если бы они столкнулись с владельцем книги, человеком по имени Келвин Тауер, он непременно поинтересовался у него об этом. И это было бы только началом его серии вопросов.
    - Мы объясним: то, что просите вы, просят только у добровольцев. Я полагаю, из всех шестидесяти восьми человек Красной тропы Кра-тен только четыре или пять согласятся помогать - скрестить свои силы вместе. Это будет довольно мощный кхеф. По-моему вы так вы это называете? Кхеф? Разделение?
    - Да, - сказал Роланд. - Так мы называем разделение воды.
    - Ты не можешь их всех разместить в пещере, - сказал Джейк. - Даже если бы половина из них сидела на плечах у другой половины.
    - В этом нет необходимости, - сказал Хенчек. - Мы поместим наиболее сильных вовнутрь - тех, которых мы называем отправителями. Другие могут идти прямехонько по тропинке. Бьюсь об заклад, что не успеет завтра солнце коснутся крыш домов, как они будут уже там.
    - Так или иначе, но нам нужно сегодня ночью где-нибудь собрать вместе всех наших магов и солдат, - сказал Кантаб. Он посмотрел с извиняющимся видом на Эдди и с некоторым опасением. Было ясно, что молодой человек сильно огорчен. А он был стрелком. А каждый стрелок мог взбунтоваться, а если он это и делал, то всегда точно знал что делает.
    - Это может быть слишком поздно, - тихо сказал Эдди. Он посмотрел на Роланда своими карими глазами. Теперь они были налитые кровью и темны от истощения. - Завтра может быть уже слишком поздно, даже если чары не развеялись.
    Роланд хотел было что-то сказать, но Эдди поднял Палец.
    - Не говори мне о ка, Роланд. Если ты еще раз произнесешь ка, клянусь, что я этого не выдержу.
    Роланд замолчал.
    Эдди повернулся обратно двум бородатым мужчинам, одетым в темные, квакерские плащи.
    - Но вы не можете быть уверенны, что чары будут действовать, не так ли? Что могло быть открыто сегодня ночью может быть закрыто завтра навсегда. Не все магниты и отвесы в Мэнни способны открыть их.
    - Да, - сказал Хенчек. - Но твоя женщина забрала волшебный шар с собой, и чтобы ты не думал, Срединный Мир и Пограничье еще пострадают от этого.
    - Да я бы продал свою душу за то, чтобы он снова был у меня, - отчетливо произнес Эдди.
    Все присутствующие, включая Джейка, были шокированы этим откровением, и Роланд почувствовал сильное желание сказать Эдди, что он должен взять свои слова обратно, что он не должен был так говорить. Были очень могущественные создания, которые препятствовали им в поисках Башни. Темнари и Черный Тринадцатый были их наиболее явным тому подтверждением. Что могло помочь, могло также и помешать, ведь даже у изгибов радуги было свое какое-то зловещее притяжение, а у Тринадцатого оно было сильнее их всех вместе взятых. Даже если бы он и был у них, Роланд изо всех сил боролся бы за то, чтобы удержать его подальше от Эдди Дина. В его те-перешнем состоянии отрешенного безумия, шар или уничтожил бы его или сделал бы его своим рабом в считанные секунды.
    - Камень мог бы пить, если бы имел уста, - неожиданно для всех сухо сказала Роза. - Эдди, оставь вопросы о чарах и волшебстве, подумай лучше о тропинке, которая ведет туда. Затем подумай о пяти дюжинах людей, многие из которых почти также стары как и Хенчек, один или два из них слепы как летучие мыши, пробующие взлететь перед восходом солнца.
    - Валун, - сказал Джейк. - Помнишь валун, перегородивший нам дорогу и который мы пытались столкнуть?
    Эдди неохотно кивнул. Роланд видел, как он пытался принять эту отвратительную реальность, которую уже к несчастью нельзя было повернуть вспять. Пытался принять, чтобы не сойти с ума.
    - Сюзанна Дин - тоже стрелок, - сказал Роланд. - И я думаю, что она сможет позаботиться о себе какое-то время.
    - Не думаю, что Сюзанна, будет еще когда-нибудь повелевать, - ответил Эдди, - и вы же так тоже думаете. В конце концов, это же ребенок Мии, и Миа будет повелевать до тех пор, пока ребенок - парень - не придет.
    У Роланда была очень развита интуиция, и все, что ему подсказывало сердце, всегда оказывалось правдой. "Возможно, она и была главной, когда они расстались, но она не может оставаться ей и поныне".
    Каллагэн, изучавший до сих пор книгу, которая попросту сразила его наповал, наконец заговорил:
    - А почему, собственно говоря, нет?
    - Потому что это не ее мир, - сказал Роланд. Это мир Сюзанны. Если они не смогут найти способ вместе работать, то они вместе и погибнут.

2

    Хенчек и Кантаб возвратились в Мэнни Красную тропу, поначалу для того, чтобы сказать собравшимся (в основном это были мужчины) старейшинам о планах на день, и затем сообщить им, какую плату они заплатили за свою свободу. Роланд пошел с Розой в ее дом. Он был на холме, и некогда аккуратный и уютный домик сейчас находился главным образом в руинах. В уборной покоился бесполезный страж, который некогда был роботом-посыльным (несмотря на это, он был многофункциональным), принадлежавшим Энди. Розалита медленно раздела Роланда. И когда он был абсолютно нагим, она возлегла рядом с ним на своей кровати и нанесла на его кожу специальные масла: кошачье масло от его болей, кремьер, слабо ароматную смесь для его наиболее чувствительных участков тела. Они занялись любовью. Они кончили вместе (это была случайная физическая близость, которую глупцы называют злым роком), слушая потрескивание фейерверков, раздававшихся на главной улицы Кальи и неистовых криков горожан, большинство из которых, судя по звуку, были явно под шафе.
    - Спи, - сказала она. - Завтра я тебя уже больше не увижу. Ни я, не Эйзенхарт или Оуверхолсер, и вообще никто из Кальи.
    - Поэтому у тебя такой вид? - спросил Роланд. Его голос звучал смягченным, даже несколько удивленным, но даже когда он был глубоко в ее горячем теле, совершая при этом приятные толчки, Сюзанна никогда не покидала его сознание: ни у кого из его ка-тета, ни разу. Даже если бы он думал о ней в меньшей степени, чем сейчас, это уже лишило бы его всякого отдыха и покоя.
    - Нет, - сказал она, - но время от времени у меня бывает предчувствие, как и у любой другой женщины, особенно тогда, когда ее мужчина готов уйти.
    - Это я что ли? Я - твой мужчина?
    Она на него пристально посмотрела, однако глаз не отвела.
    - С тех самых пор, как ты здесь. И мне приятно думать об этом. Или я не права, Роланд?
    Он отрицательно замотал головой. Приятно быть снова тем самым мужчиной женщины, даже если ты им был недолго.
    Она увидела, что он глубоко задумался, и ее лицо смягчилось. Она погладила его худую щеку.
    - Мы удачно встретились, Роланд, не так ли? Удачно встретились в Калье.
    - Да, леди.
    Она коснулась его искалеченной правой руки, потом - его правого бедра.
    - Тебе больно?
    Ей он не мог лгать:
    - Очень.
    Она кивнула, затем взяла его левую руку, которую он уберег от омароподобных тварей.
    - А здесь?
    - Отлично, - сказал он, хотя чувствовал жгучую боль. Скрывающуюся. Ожидающую своего времени, чтобы напомнить о себе. Что Розалита назвала бы сухим скругом.
    - Роланд! - сказала она.
    - Да?
    Ее глаза смотрели на него спокойно. Она до сих пор держала его левую руку, прикасаясь к ней так, словно хотела выведать все ее секреты.
    - Ты должен покончить с Темной Башней как можно быстрее.
    - Ты думаешь?
    - Да, милый. До того как она покончит с тобой.

3

    Когда Эдди сел на заднем крыльце дома Каллагэна, было уже за полночь и горожане, наверняка, назовут этот день Днем Сражения на Восточной Дороге, и после чего он станет историей (а потом и вовсе уйдет в миф... всегда напоминая миру, что он должен быть единым, чтобы не происходило). Городские звуки празднования слышались все более и более отчетливо, и Эдди подумал о том, что как бы они на радостях не сожгли весь город. А он бы возражал? Да ну их всех, наоборот, он бы еще и спички им сам дал и сказал бы - валяйте. В то время как Роланд, Сюзанна, Джейк, Эдди и три женщины - сестры Оризы, как они себя сами назвали, - воевали против Волков, остальные жители Кальи зашились где-то в городе или сидели в береговых рисовых плантациях. А небось через каких-то лет десять или даже пять эти вояки будут хвастаться друг перед другом о том, как однажды осенью они отстаивали честь города в одном ряду вместе со стрелками.
    Это было нечестно, и часть Эдди понимала, что это было нечестно, но ни разу он не чувствовал себя таким беспомощным и таким потерянным, а следовательно, и таким слабым. Он заставлял себя не думать о Сюзанне, не пытаться найти ответы на вопросы, где она или был ли ее дьявольский ребенок все же отправлен, но так или иначе его мысли постоянно возвращались к ней. Она прыгнула в Нью-Йорк, в этом он был абсолютно уверен. Но в какое время? Как там перемещаются люди - в допотопных двухколесных кибитках или же антигравитационных такси, которыми управляли роботы из Норт Сентрал Позитроник.
    А жива ли она вообще?
    Он бы содрогнулся от одной только этой мысли, если бы такая пришла ему в голову. Он до сих пор видел ее в водосточной канаве где-нибудь вниз в Алфавитном Городе, со свастикой, вырезанной у нее на лбу, и плаката гласившего:
    ПОЗДРАВЛЕНИЯ ОТ ВАШИХ ДРУЗЕЙ ИЗ ОКСФОРДА, который висел на ее шее.
    Позади него открылась кухонная дверь. Послышались легкие шаги босых ног (теперь его слух развился до немыслимых пределов, ровно как и остальная часть его тела-убийцы), и щелканья когтей. Джейк и Ыш.
    Ребенок сел рядом с ним в кресле-качалке Каллагэна. Он был одет, а за поясом у него висела самодельная кобура. В ней был Ругер, который Джейк свистнул у своего отца в тот день, когда сбежал из дома. Как раз сегодня эта картинка так ясно была у него перед глазами… Хорошо, что не в кровавых тонах. Пока нет. А в каких? В масляных? Эдди ухмыльнулся. В этом не было ничего смешного.
    - Не можешь заснуть, Джейк?
    - Снись, - согласился Ыш и развалился на коленях Джейка, положив свою мордочку, как всегда, между лапами.
    - Нет, - сказал Джейк. - Я не перестаю думать о Сюзанне. - Он сделал паузу, после чего добавил: - И о Бенни.
    Эдди знал, и это было вполне естественно, что мальчик видел как его друга разнесло на куски прямо на его глазах, конечно он думает о нем, но Эдди все еще ощущал жгучую ревность: все-таки Джейку следовало бы спасти жену Эдди Дина.
    - Этот малыш Тавери, - сказал Джейк. - Это он во всем виноват. Запаниковал. Побежал. Сломал себе лодыжку. Если бы не он, Бенни до сих пор был бы жив. - И очень мягко - это наверняка охладило сердце мальчишки в вопросах, которые тот хотел задать, а Эдди в этом и не сомневался - Джейк сказал: - Фрэнк... хренов...Тавери.
    Эдди протянул руку, которая не могла никак найти покой, и прикоснулся к голове мальчика. Его волосы были длинны. Нуждались в мытье. И, черт побери, они нуждались в стрижке. Они нуждались в матери, которая бы заботилась о мальчике. Но теперь не было никакой матери, во всяком случае, не для Джейка. Эдди подарил малышу чуть-чуть ласки и тепла и - о чудо! -Эдди стало от этого лучше. Не намного, но лучше.
    - Ну да ладно, - сказал он. - Что сделано, то сделано.
    - Кa, - горько сказал Джейк.
    - Ки-ет, ка, - сказал Ыш, не поднимая своей мордочки.
    - Аминь, - сказал Джейк и рассмеялся. Это было тревожащее в его неприветливости. Джейк достал Ругер из своей импровизированной кобуры и посмотрел на него. - Он пройдет, потому что он прибыл оттуда. Он - то, о чем говорит Роланд. Другие могут, также, потому что мы не совершим Прыжок. Если они не прыгнут, Хенчек оставит их в пещере в качестве резерва, и возможно мы за ними еще вернемся.
    - Если мы очутимся в Нью-Йорке, - сказал Эдди, - Там будут много оружия. И мы найдем его.
    - Не такое как у Роланда. Черта с два мы там такое найдем. Нет такого оружия, как у него, ни в каких других мирах. Но это лишь мое мнение.
    Было время, когда и Эдди думал точно так же, но его не особо беспокоили такие разговоры. Из города донеслись взрывы фейерверков, затем наступила тишина. Было только слышно завывание ветра. Наконец и оно стихло. Завтра наверняка будет всеобщая гулянка, продолжение сегодняшнего банкета, на которой пьяных будет еще больше, чем сегодня. Роланд и его ка-тет ожидались бы на празднике как почетные гости, но если бы боги были бы более благосклонны и открыли бы дверь, то они бы ушли. Охотиться на Сюзанну. Найти ее. Нет, не охотиться. Просто Найти.
    Как будто прочитав его мысли (а он вполне мог это сделать, если бы только захотел), Джейк сказал:
    - Она еще жива.
    - Да откуда тебе знать?
    - Мы бы почувствовали, если бы он была мертва.
    - Джейк, ты можешь узнать где она?
    - Нет, но…
    Его прервал сильный грохот, который доносился из-под земли. Крыльцо внезапно начало то подниматься, то опускаться подобно лодке в сильный шторм. Они услышали, как упал их обеденный стол. Из кухни раздался звук бьющегося фарфора, который был очень похож на клацанье зубов. Ыш поднял свою головку и жалобно заскулил. Его маленькая лисья мордочка комично исказилась, а его ушки были плотно прижаты к черепу. В гостиной Каллагэна что-то упало и разбилось.
    Первая мысль, пришедшая Эдди в голову, была нелепая, но веская, о том, что якобы сам Джейк и убил Сьюзи просто для того, чтобы говорить всем, что она жива.
    Через мгновение тряска усилилось. Окно выстрелило разбитыми осколками стекла из-за того, что косяк рамы искривился. Из темноты раздался какой-то грохот. Эдди, предположил - и он был прав - что это была полуразваленная будка туалета, которая теперь была снесена полностью. Не успев осознать всей ситуации, он вскочил на ноги. Джейк стоял около него, держа его за руку. Эдди схватил пушку Роланда, и теперь они оба были готовы выстрелить, как только в этом появится необходимость.
    Наконец где-то глубоко из-под земли раздалось какой-то непонятный шум, после чего крыльцо вместе с ними опустилось на прежнее место. В некоторых жилых пунктах, находившихся на Луче, люди пробуждались и непонимающе озирались вокруг. Улицы Нью-Йорка разорвались воем автомобильных сигнализаций. Завтрашние газеты наверняка сообщат о небольшом землетрясении, результатом которого будут полное отсутствие жертв и пара разбитых окон. В этом землетрясении только один толчок показался по-настоящему сильным. Джейк смотрел на Эдди широко раскрытыми глаза. И понимающими. Дверь позади них открылась, и на крыльце появился Каллагэн в белых трусах из легкой ткани, которые доходили ему почти что до колен. На нем была еще одна вещь - золотое распятие, висевшее на его шее.
    - Это было землетрясение, не так ли? - сказал он. - Я был во время одного из таких в Калифорнии, но в Калье, на моей памяти, их не было ни разу.
    - Это была какая-то адская встряска, а не обычное землетрясение, - сказал Эдди, и куда-то указал. Защитная сетка от насекомых выходила на восток, и именно там горизонт был освещен тихими взрывами зеленоватой молнии. Внизу от дома приходского священника тихо заскрипела дверь дома Розалиты - открылась, а затем закрылась. Розалита и Роланд вместе пришли к дому, она была в своей женской сорочке, а стрелок - в джинсах; их ноги были босы и блестели капельками росы. Эдди, Джейк и Каллагэн спустились к ним. Роланд пристально смотрел на уже уменьшающиеся вспышки молнии на востоке, где их ждали земли Тандерклепа, и Суд Алого Короля, и, наконец, на краю Мира, конечно же, Темная Башня.
    Если, подумал Эдди. Если она все же там стоит.
    - Джейк только что сказал мне, что если бы Сюзанна была мертва, мы бы узнали бы об этом, - сказал Эдди. - Это было бы тем, что Вы называете знамением. Тогда и появляется это. - Он указал на лужайку отца Каллагэна, где образовался небольшой земляной гребень в десять футов длиной, который, казалось, специально появился для того, чтобы показать сморщенные бурые уста земли. Из города донесся лай собак, но человеческих голосов не было слышно, во всяком случае, пока. Эдди предположил, что, очевидно, бoльшая часть горожан спала в то время, когда происходили толчки. Сном пьяных победителей. - Но это не было тем самым знaком, что со Сьюзи что-то случилось, не так ли?
    - Ни коим образом.
    - И это не было знaком для нас, - предположил Джейк, - В противном случае причиненный ущерб был бы гораздо серьезнее. Я прав?
    Роланд кивнул.
    Роза посмотрела на Джейка с чувством замешательства и испуга одновременно.
    - Как это не было знaком, малыш? О чем это ты тут толкуешь? Это не было обычное землетрясение. Уж в этом я уверена
    - Нет, - Роланд сказал, - Это была Лучевстряска. Один из Лучей, поддерживающих Башню, пытается удержать от нее всех, кто к ней приближается. Или всех, кто только пытается это сделать.
    Даже в слабом свете от четырех свечей горящих на крыльце, Эдди увидел, что лицо Розалиты Мунос побледнело. Она перекрестилась.
    - Лучей? Один из Лучей? О, нет! Скажите же мне, что это не правда!
    Эдди внезапно вспомнил об одном давнишнем бейсбольном скандале. Об одном маленьком мальчике, который умолял, Скажи мне, что это не правда, Джо.
    - Я не могу, - сказал ей Роланд, - это правда.
    - Сколько же там этих Лучей? - спросил Каллагэн.
    Роланд посмотрел на Джейка и слегка кивнул: Расскажи свое домашнее задание, Джейк из Нью-Йорка, расскажи нам только правду.
    - Шесть Лучей, соединяющих двенадцать Врат, - сказал Джейк. - Эти двенадцать Врат открывают порталы в двенадцать концов земли. Роланд, Эдди и Сюзанна в действительности начали их поиски из Врат Медведя и подобрали меня между ними и Ладом.
    - Шардик, - сказал Эдди. Он наблюдал за последними вспышками молнии на востоке. - Так звали медведя.
    - Да, Шардик, - согласился Джейк. - Так что мы находимся на Луче Медведя. Все Лучи сходятся воедино в Темной Башне. А наш Луч, он на другой стороне Башни...? - Он посмотрел на Роланда, ища поддержки. Роланд, в свою очередь, посмотрел на Эдди Дина. Даже теперь, казалось, что Роланд не до конца обучил их Пути Эльда.
    Эдди либо не видел этот взгляд либо не хотел его замечать, однако Роланду не хотелось откладывать разговор на потом.
    - Эдди? - приглушенно сказал он.
    - Мы находимся на Тропе Медведя, Пути Черепахи, - рассеянно сказал Эдди. - Не знаю, имело бы это какое-либо значение, с тех пор как мы идем к Башне, которая постоянно от нас отдаляется, а с другой стороны это же Тропа Черепахи, Путь Медведя. - И он рассказал:

Есть Черепаха, представьте себе!
Она держит мир у себя на спине,
Ее мысли не быстры и все в доброте
И помнят о каждом живом существе

На панцире истину всюду несет
И веру в семью, и надежду, любовь
От моря и суши она без ума,
И от такого ребенка как я.

    - Ну не слово в слово как мне пели в детстве у колыбели, и как я учил своих друзей, - сказал Роланд, - но бьюсь об заклад, что это достаточно близко по смыслу.
    - Большую черепаху зовут Матурин, - сказал Джейк, и пожал плечами. - Если кому это интересно.
    - И вы понятия не имеете о том, какой же из них сломался? - сказал Каллагэн, пристально изучая Роланда.
    Роланд покачал головой.
    - Все, что я знаю так это то, что Джейк прав - это не было знaком для нас. Если бы это было так, то ничто в радиусе сотен миль от Кальи Брин Стерджис не устояло бы. Или возможно в пределах тысяч миль - как знать? Самые сильные птицы, пылая огнем, упали бы с небес.
    - Вы говорите об Армагеддоне, - сказал Каллагэн тихим обеспокоенным голосом.
    Роланд покачал головой, но не из-за того, что не согласился.
    - Я не знаю, что означает это слово, отец мой, но я говорю о большом количестве жертв и о гигантском ущербе. И где-нибудь - возможно, на дороге Луча, соединяющего Рыбу и Крысу, - это наверняка и случилось.
    - Ты действительно в это веришь? - тихо спросила Роза.
    Роланд кивнул. Раньше ему уже однажды доводилось проходить через такое, когда Гилеад пал и цивилизация, насколько он тогда понял, пришла в упадок. Когда он стал вольным путником, чтобы колесить по свету вместе с Катбертом, Аленом, Джейми и с еще некоторыми людьми из их ка-тета. Один из этих шести Лучей, который был далеко не первым, уже тогда вышел из строя.
    - Сколько же еще Лучей поддерживают Башню? - спросил Каллагэн.
    Впервые, Эдди казался заинтересованным, с тех пор как злой рок постиг его жену. Он смотрел на Роланда с тем, что можно было назвать вниманием. А почему, собственно говоря, нет? Это был, после всего, самый наболевший вопрос. Все служат Лучу, они сказали, хотя по правде все служат Башне, потому что Лучи поддерживают Башню. А уж если они схватят, то…
    - Два, - Роланд сказал. - Должно быть, по крайней мере, два, я бы сказал. Один из них проходит через Калью Брин Стерджис. Но Бог их знает, как долго они еще будут работать. Даже без Разрушителей, работающих на них, но я сомневаюсь, что они еще долго будут функционировать. Нам нужно поторопиться.
    Эдди напрягся.
    - Если ты думаешь, что мы пойдем без Сьюзи, то…
    Роланд быстро покачал головой, как бы говоря, Эдди не будь идиотом.
    - Мы не сможем пробиться к Башне без нее. Более того, мы не сможем пройти без парня Мии. Все во власти кa, и как обычно говорят в моей стране: "У ка нет сердца или разума"
    - В этом я могу с тобой согласиться, - сказал Эдди.
    - У нас могла бы быть и другая проблема, - сказал Джейк.
    Эдди, нахмурившись, посмотрел на него.
    - Нам не нужны другие проблемы
    - Я знаю, но... Но что, если землетрясение заблокировало вход в пещеру? Или...- колебался Джейк, но затем неохотно произнес то, чего он в действительности боялся. - Или завалило его полностью?
    Эдди резко вскочил и схватил Джека за грудки.
    - Не говори так. Даже не смей думать об этом.
    Теперь из города были слышны голоса. Горожане, вероятно, собираются снова продолжить свой сабантуй, предположил Роланд. Потом он предположил, что этот день - а теперь уже и эта ночь - наверняка останется в памяти у жителей Кальи Брин Стерджис в течение следующих тысячелетий. Если конечно Башня существует, то он останется.
    Эдди отпустил Джейка и затем разгладил рукой то место, в котором схватил, как бы пытаясь удалить все складки. Он выдавил из себя улыбку, при которой он выглядел старым и немощным.
    Роланд обратился к Каллагэну.
    - Мэнни все же появится завтра? Вы же знаете их лучше меня.
    Каллагэн пожал плечами.
    - Хенчек человек слова. Но сможет ли он повести всех за собой после того, что только что случилось... Этого, Роланд, я не знаю.
    - Было бы лучше, если бы он смог, - мрачно заметил Эдди. - Было бы намного лучше.
    Роланд из Гилеада сказал:
    - Айда в "Следи за Мной"? - Эдди недоверчиво посмотрел на него. - Мы все равно же здесь будем до утра, - сказал стрелок. - Мы могли бы скоротать время.
    И они начали играть в Следи за Мной, и Розалита выигрывала игру за игрой, добавляя к своему счету кусочки сланца без всякого азарта - на ее лице не отражалось никаких эмоций, которые Джейк смог бы увидеть. Во всяком случае, сначала. У него был соблазн прочесть ее мысли, но он решил, что этого не стоит делать. Если бы он применил телепатию, то это было бы равносильно тому, чтобы раздеть ее догола. Или увидеть, как она и Роланд занимаются любовью.
    Время за игрой проносилось быстрее, и небо на северо-востоке, наконец, начало светлеть, Джейк предположил, что он знал, о чем она думала; в конце концов, потому что он думал о том же. Каждый по-своему думал об оставшихся двух Лучах, от начала до конца игры.
    Ожидающие своего часа, чтобы схватить кого-нибудь из их группы. Были ли это те самые, которые утащили Сюзанну - и Роза, готовящая себе обед, и даже Бен Слайтман, оплакивающий своего мертвого сына там, на ранчо Вона Эйзенхарта, все теперь думали об одном и том же: их осталось только два и Разрушители, работающие против путников день и ночь, питающиеся ими, убивающие их.
    Как долго все это будет продолжаться? И каким образом все это закончится? Услышали ли бы они сильный грохот тех больших цветных сланцевых камней, если бы они упали? А если бы небо треснуло, подобно плохо сшитым частям костюма, выпуская на волю чудовищ, живших в темной бездне Прыжка? Было бы у них время закричать? Будет ли загробная жизнь, или же Небеса и Ад будут уничтожены когда падет Темная Башня?
    Он посмотрел на Роланда и послал мысль, так ясно, как только мог:
    Роланд, помоги нам.
    И мысль вернулась назад, заполняя его разум каким-то призрачным утешением (да, но призрачное утешение было все же лучше, чем его полное отсутствие):
    Если смогу.
    - Следи за мной, - сказала Розалита, и бросила свои карты. Ее карты были выстроены аккуратной стопкой, и верхней была сама Мадам Смерть.

ЗАПРОС: Коммала-ждем-ждем
Парень здесь стоит с ружьем
Потерял свою любовь он
И горюет день за днем

ОТКЛИК: Коммала-ждем-вновь!
Здесь была его любовь
Бросила она ребенка,
Но малыш-то не готов


Примечания:
1) Дональд Каллагэн - один из главных героев романа Стивена Кинга "Салимов Удел". См. далее примечания.
2) Вторая книга Стивена Кинга, который повествует о провинциальном городке, захваченном вампирами. На русском языке выходила под различными названиями: "Судьба Салема", "Участь Салема". Издательство "АСТ" выпустила ее под названием "Жребий".

Оставить свой отзыв о переводе Форум
Проголосовать за перевод Форум
Другие переводы...


© Перевод Лиланд Гонт (Фаэтон), 2004
© Дизайн Дмитрий Голомолзин, 2004

[an error occurred while processing the directive] [an error occurred while processing the directive] [an error occurred while processing the directive] [an error occurred while processing the directive]