Библиотека


Конкурс на лучший перевод фрагмента первой главы романа Sleeping Beauties
а знаете ли вы, что…
ФотографииВ разделе "Фотографии" вашему вниманию представлена галерея из 160 фотографий Стивена Кинга, членов его семьи, а также мест, упоминаемых в его произведениях.
на правах рекламы
цитата
Иногда она могла прожить целый день, не думая о нем, не вспоминая его. Почему нет? У нее и тек хватало забот, а с ним иной раз было трудно иметь дело, было трудно жить... А потом приходил день, серый день (или солнечный), когда ей так недоставало его, что казалось, внутри ничего нет, что она не женщина вовсе, а старое, трухлявое дерево. Именно это чувство испытывала она сейчас, ей хотелось выкрикивать его имя, звать его домой, и сердце сжималось от мысли, что впереди годы без него, и она задавалась вопросом, а зачем нужна сильная любовь, если потом человека ждут хотя бы десять секунд таких страданий.
Стивен Кинг. "История Лизи"

Николай Переяслов
И ничего от Бога или Света

(Статья Антона С-ского из романа Николая Переяслова "Стивен Кинг на русской почве")

    Нет ничего глупее, как становиться в гордую позу и говорить, что сочинения этого писателя не имеют никакого отношения к настоящей литературе. Имеют. И нравится нам это или нравится, а Стивен Кинг, без сомнения, является одним из одарённейших на сегодняшний день американских беллетристов, специализирующихся на сочинении так называемых «романов ужасов». При этом его вымыслы окружены настолько плотной атмосферой узнаваемой всеми реальности, что они как бы растворяются в ней, проглатываясь читателем, как проглатывается с глотком воды растворившийся в ней аспирин УПСА. Так психологическое состояние смертельно обиженной всеми героини романа «Кэрри» изображено писателем настолько сильно и точно, что все совершённые ею потом в гневе и отчаянии сверхъестественные поступки воспринимаются хотя и с чувством содрогания, но зато без малейшего логического недоверия.

    Как это ни странно, но сила таланта Кинга такова, что все описываемые им чудеса и инфернальные ужасы ни капельки не кажутся неестественными или надуманными. Вот, к примеру, сценка из его романа «Сияющий», сюжет которого опирается на, казалось бы, исключительно фантастическое допущение того, что пятилетний малыш Дэнни обладает способностью слышать мысли окружающих его людей. Посмотрим, с какой блистательной реалистичностью писатель обыгрывает это отнюдь не реалистическое свойство своего юного героя! Вот мимо малыша проходит пожилая дама в шубе, которая похотливо смотрит на руководящего погрузкой чемоданов служащего гостиницы, и Дэнни слышит, как у неё при этом рождается отчётливая, хотя и непонятная для его пятилетнего сознания, мысль: «ХОТЕЛА БЫ Я ЗАБРАТЬСЯ В ЭТИ ШТАНЫ!» Малыш буквально напрягается, пытаясь понять: «Зачем ей штаны этого дяди? Ей что, холодно даже в длинной шубе? А если ей так холодно, почему она не наденет свои штаны? Его мама носила штаны почти всю зиму...» — И, будучи, таким образом, смешанным с узнаваемым и приземлённым, сверхъестественное и виртуальное обретает черты самого что ни на есть реалистичного и проглатывается читателем даже без осознания того, что прочитываемый ими сюжет — это фантастика. Ну, а человеку с хорошо развитым воображением фантастика дает возможность развернуть перед читателями самые невообразимые миры, населив их самыми фантасмагорическими существами. Ведь, судя по признаниям, сделанным Кингом в его исповедальной вещи, называющейся «Как писать книги», он вырос почти исключительно на фильмах ужасов, которые в своем детстве смотрел чуть ли не каждый вечер.

    В пользу того, что Кинг обладает несомненным литературным талантом, свидетельствует и сам его стиль — то почти протокольный, скупой на описательность и служащий единственно для изложения происходящих событий, а то, наоборот — щедрый на изображение всевозможных второстепенных, но хорошо узнаваемых деталей и не лишенный (пускай даже и не всегда эстетичных из-за своей жестоковатости, но, тем не менее, по-своему оригинальных) метафор, типа: «Из полураскрытых губ раны медленно сочилась на ладонь густая кровь»; «Его мысли метались, как крысы, запертые в клетке и ищущие выход, которого не было»; «Визг рванулся обратно, прочь, и канул во тьме её нутра, как камень в колодце», а то и просто, без всякой там кровожадности, замечательных по своей образной яркости тропов, к примеру, таких, как: «Глаза Брайена смотрели на него с больничной койки открытые и пустые, как школьные классы в августе»; «Вещи, расставленные вдоль стен, только подчёркивали внутреннюю пустоту гаража; он зиял, как открытый беззубый рот». Или же — немного помягче, как, допустим, метонимия «Над горами показался серебряный доллар луны».

    К сожалению, при всей ярко выраженной литературной одарённости Стивена Кинга, мир его прозы — это мир без Бога и без Света, мир, где человек оставлен исключительно один на один с нечистью или же чьей-то безумной жестокостью. И в этом смысле, конечно, его сочинения обличают Америку сильнее любых обвинительных документов, так как показывают полную обречённость страны, отказавшейся однажды от помощи свыше. Бороться с инфернальными сущностями теми же методами, что и с обычными преступниками — бессмысленно, так как застреленный на наших глазах оборотень уже завтра появляется снова, казнённая в прошлом столетии ведьма вновь оживает в веке нынешнем, дух зла переходит из одного выпитого им тела в другое, нарисованные в детском сознании пули не знают преграды, и так далее. И нет ни малейшей надежды ни на кого, кроме знаменитого стального друга по имени Смит-энд-Вессон, сжимаемого в твоих собственных руках, или же осинового кола, вколачиваемого тобой в сердце поверженного вампира.

    Едва ли не единственный случай, когда бесовские силы были посрамлены при помощи веры в Бога, встречается в романе Стивена Кинга «Безнадёга», но и то он словно бы испугался открывшейся вдруг перед ним перспективы, и уже в следующем романе этого цикла, называющемся «Регуляторы», возвратил действие в более привычный для него однополюсный мир, в котором обитают только вселенское зло да противостоящий ему один на один человек, а воплощённый в Боге полюс добра отсутствует.

    Но всё это — реалии давно уже забывшей о Господе и верящей единственно только в силу доллара да своего оружия Америки, тогда как погружение в эту инфернально-безбожную атмосферу читателей нынешней России — дело весьма-таки непредсказуемое и откровенно опасное, ибо утрата русским человеком Бога практически тут же кидает его в крайнюю противоположность, превращая из смиренника и праведника в самого рьяного служителя сатаны.

    Так что Стивен Кинг на русской почве — это почти то же самое, что эпидемия чумы в лагере беженцев, когда стоит жаркий июнь и в целой округе нельзя отыскать ни капли чистой воды. Злу очень не просто проникать в наш мир без посторонней помощи, оно, точно вампиры в романах Кинга, нуждается в том, чтобы мы сами отворили для них дверцу или форточку и впустили в свой дом. И вот зло, облечённое в слово, как раз и получает через книги этого автора идеальную возможность распрограммироваться в виде материальных сущностей и воплотиться в нашем мире. Сам Кинг за свои романы уже получил несколько лет назад первую порцию расплаты, угодив среди бела дня под тяжёлый автофургон, нанёсший ему многочисленные переломы и увечья. Ну, а что получат в качестве инфернального «довеска» к его книгам читатели России — об этом пока что ведает только один Господь Бог. Но я очень сомневаюсь, что этот внелитературный «довесок» принесёт им хотя бы какую-нибудь маленькую радость...

наверх...


 

случайная рецензия
Книга поделена на 2 части: первая называется Джейк. Ужас в пригоршне праха, а вторая Лад: груда поверженных образов. Так вот смею сказать, что вторая часть меня захватила куда больше, я бы даже сказал она окончательно погрузила меня в мир ТБ. Но обо всём по-порядку. Действие книги начинается через несколько недель после окончания "Извлечения..." Всё происходит как-то обыденно, Сюзанна учится стрельбе, Эдди стругает деревяшки, но вот с Роландом происходят какие-то метаморфозы,хоть он и вылечил вроде как свою инфекцию. Правда стоит добавить, что достаточно важной частью начала книги является схватка Эдди со стражем-медведем, причем в ней крепится боевой дух также и Сюзанны. Короче сей медведь - это что-то наркоманское, но веселое) Нравится появление Лучей в этой части,по-крайней мере мы потихоньку открываем завесы тайн ТБ, которые до этого практически были за семью печатями. Но вот самым неинтересным получилось (по-моему) это поиск Джейком двери для извлечения в Срединный мир. Ну уж больно это как-то затянуто, хотя показанный благодаря Джейку классический конфликт отцов и детей я считаю достаточно важным. Так сказать произведение наполняется многими смыслами, а не просто сухое описание действий героев. Конечно интересно получилось что все члены ка-тета практически являются телепатами и понимают друг друга ничего не говоря, но это дает автору маневр для совершения некоторых не совсем логичных поступков героев. Извлечение Джейка получилось воистину шикарным. Всё было очень напряженно и именно с этого момента книга меня захватила и я уже не мог остановить чтение этого тома. Вторая часть - прекрасное описание умирающего Речного Перекрестка показало соответствие названия книги общему духу повествования. Я бы сказал здесь очень много от постапокалипсиса. Когда всё разрушено и мир летит в пропасть. Ещё больше привлек Лад, который получился настоящим зловещим городом с Тик-Таком во главе. Хитрый поезд Блейн получился уж больно фантастическим, но зато по-другому воспринимаешь мир загадок. Они действительно многого стоят. Подводя итог можно сказать, что данный том отправляет цикл на новый уровень. Теперь действие закручивается и благодаря открытию некоторых тайн мира ТБ по-настоящему завлекает. Я не удивлен, что многие начинали этот цикл именно с третьей книги. Это неспроста, друзья. Хотя конечно парвильнееначинать со "Стрелка" всё же. Так вернее.
Санек
на правах рекламы
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАТЕРИАЛОВ САЙТА ВОЗМОЖНО ТОЛЬКО С РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРОВ И УКАЗАНИЯ ССЫЛКИ НА САЙТ Стивен Кинг.ру - Творчество Стивена Кинга!
ЗАМЕТИЛИ ОШИБКУ? Напишите нам об этом!
Яндекс.Метрика