Перейти к содержимому



Дом, который построил Джек


Ответов в теме: 9

#1 Роланд Дискейн

    Samourai

  • Пользователи
  • *****
  • 2 453 сообщений
  • Пол: м
  • Из: Ростов-на-Дону

Отправлено: 30 Ноябрь 2005 - 23:32:39

Этот рассказ написал недавно. К сожалению, так и не смог окончательно довести его до ума, хотя работенка еще есть. Может быть, потом вернусь к нему и еще отредактирую.

Рассказ - не хоррор. Что-то между сказкой и притчией. ;)

«Жизнь каждого человека имеет свою имитацию вечности: колесо»
Стивен Кинг «ОНО»


Дом, который построил Джек
Джек Гордон был самым обычным студентом. Учился он в Калифорнийском университете и мечтал заниматься рекламой. Джек был человеком весьма прагматичным, что не мешало ему при этом быть еще и в меру романтичным и мечтательным. Хоть он и умел с легкостью находить общий язык с другими людьми и чувствовать себя на равных в любой компании, многое юношебыло чуждо; в свои двадцать лет он был совсем не похож на сверстников. Не смотря на свою общительность и бессчетное количество приятелей и знакомых, по-настоящему близких людей у него было очень мало. Далеко не каждый человек понимал и воспринимал его таким, каким он был на самом деле. Джек Гордон был человеком весьма пессимистичным, депрессивным внутренне, в жизни его беспокоили такие вопросы, которые ровесникам его были неинтересны. Юноша очень часто думал, зачем он живет, почему он здесь, каково его место в этом мире, в чем предназначение. Подобные рассуждения были естественны для такого человека, как он; человека, который еще не успел набрать достаточно жизненного опыта, но, тем не менее, за годы свои вкусившего не одну «ложку дегтя». Детство в приюте для сирот наложило на юношу определенный отпечаток. Но ни голод, ни холод, ни мор, ни боль, ни что-либо другое не могли сломить его сильный, непоколебимый дух. Все это закалило его, научив одной простой истине – никогда не сдаваться, всегда идти вперед, какие бы грозовые облака над ним не сгущались. Джек всегда знал, что в какой-то момент даже сквозь самые темные тучи прорвется лучик света. За годы свои парень научился воспринимать жизнь такой, какая она есть, со всеми ее радостями и печалями, которых было достаточно. Да, Джек во многом в жизни разочаровался, однако никогда, никогда юноша не терял святой веры в силу человеческой дружбы. Ведь именно дружба и помогла ему справиться со многими неприятностями, пережить всевозможные невзгоды и при этом суметь не потерять себя. Дружба…как же много это слово значило для Джека Гордона.

И вот сейчас он находится на берегу горной реки, и палящее солнце светит ему в глаза. Джек смотрит на бурлящий поток воды и думает о своем лучшем друге, которого не стало. Он стоит и думает о Дике Джонсе. Этот парень воспитывался вместе с ним в сиротском приюте и дружны они были с самого детства: вместе ребята познавали этот мир, делая свои первые, еще неуверенные шаги по дорогам жизни, вместе преодолевали разные трудности, вместе решали различные проблемы – большие и маленькие, всегда были рядом. Многие удивлялись, что эти абсолютно разные мальчики были такими близкими друзьями: Джек был покладистым, спокойным, тактичным ребенком, прилежно учился и был всеобщим любимчиком. Нет, парнишка вовсе не был заучкой, день и ночь проводившим над учебниками. Он просто ставил себе высокие планки и привык их достигать. Одной из целей Джека было стать образованным человеком. Дик же был полной противоположностью. Этот ребенок совсем не был глупым. Его успехи в учебе были не менее хороши. Просто мальчик был настоящим проказником. Если где-то были какие-то драки, Дик всегда оказывался в эпицентре событий. Ни одной заварушки не проходило без его участия, и он всегда знал что, где, как и когда делать, чтобы решить свои проблемы.
Джек шел вдоль берега речки, и воспоминания волнами накатывали на его память. Волны эти становились все сильнее и сильнее, выбрасывая на берег осколки того чуда, которое никогда уже не вернуть.
Юноша вспоминал тот далекий день, когда он с Диком решили соорудить свой первый оплот – Дом. Началось все с того момента, когда Джек закончил чтение книги мифов о доблестном короле Артуре и славных рыцарях круглого стола, а также о крае благословенном Авалоне. Джека переполняли впечатления и первый, с кем он ими поделился, был, разумеется, Дик. Мальчик рассказал другу о чудесном и волшебном острове Авалон, скрытом от взоров других людей, острове, на котором обитают эльфы, маги, мудрецы и жрецы. По словам Джека, место это было окутано дымкой тумана, развеять которую мог лишь истинный волшебник. Естественно, подобный рассказ привел Дика в огромный восторг.
- Здорово! Эх, жаль, что в настоящем мире нет магии, - с грустью вздохнул мальчик, - и жаль, что не существует Авалона, скрытого туманами. Мы бы с тобой, Джек, обязательно его отыскали и стали хранителями острова.
Джек только мечтательно устремил свой взор к облакам.
- Ну ладно, - сказал Дик, вставая с лавочки, - я пойду…
- Эй!
- Что? – спросил недоуменно мальчик.
- У меня идея есть, - с загадочной улыбкой на лице ответил ему Джек.
- Какая?
- Помнишь тот маленький пустынный островок на горной речке?
- Ну да, а что?
- Там мы и возведем свой Авалон, - торжественно провозгласил Джек.
- …Вау! - с тихим восторгом прошептал в ответ мальчик.
- Давай?
- Давай, вот супер, Джек.
Разумеется, под фразой «Возведем наш новый Авалон» подразумевалась не более чем постройка маленькой хибарки, своего рода штаба, о местоположении никто не знал. Но мальчишкам в их возрасте всегда хочется приукрашивать. Одного маленького домика им хватило бы, чтобы он стал для них целым замком, а маленький безлюдный островок, где обитали самые большие бабочки и самые красивые птицы, превратился бы для них в могучее, скрытое ото всех королевство Авалон, населенное магами и эльфами, во главе которого стояли король Джек и его брат принц Дик. Забавно…. В детстве нам нужно так мало, чтобы получить так много. Куда со временем уходит этот великий дар?!
Но, однако, в планы ребят вмешалась одна маленькая неприятность: Дик подхватил ветрянку, и в течение трех недель не мог никуда выходить, проводя практически все время в постели и читая книжки своего друга про Авалон. «Двадцать один день,- почти с ужасом подумал Джек, - целый двадцать один день придется ждать» Вы, наверное, понимаете, как тяжело ждать чего-либо такого важного двенадцатилетнему мальчишке. И, разумеется, Джек не был исключением. Тогда он нашел другой путь, возможно, более тяжелый и трудоемкий, но мальчик был к нему готов. Он решил, что сам построит хибару на островке и тем самым превратит это место в великое королевство. «Как обрадуется Дик, - подумал он,- это будет очень клевый сюрприз к его выздоровлению».
Последующие три недели для Джека были очень тяжелыми; многочисленные физические нагрузки сильно утомляли мальчика. Иногда, когда разрешалось, он навещал Дика, обсуждал с ним мифы и легенды, но ни словом не обмолвился об Авалоне. Большую же часть времени он посвятил поиску материалов для строительства дома. Мальчик обследовал островок вдоль и поперек, перевез нужные доски с «континента», позаимствовал необходимые инструменты у мистера Берроуза, приютского сторожа, и принялся за строительство. На самом деле все оказалось значительно сложнее, чем он предполагал в самом начале, однако мысль о том, какой это будет сюрприз для Дика, заставляла его не сдаваться. Целыми днями он находился на островке, сооружая замок. Джек нашел место, где четыре толстоствольных близко растущих дерева образовывали квадрат, который в самый раз сгодился бы по размерам для площади дома. Таким образом, одна из самых сложных трудностей строительства замка - возведение каркаса - была успешно разрешена. Именно к этим деревьям Джек и прибил доски, перевозка которых отняла у мальчика много сил. В итоге получилась устремленная вверх высокая прямоугольная конструкция. И, нужно отметить, смотрелась она и впрямь очень необычно, тая в себе какую-то поистине сильную магию, заключенную в детских руках её создателя и при строительстве ей переданную. Во всяком случае, на мальчиков замок производил чарующее воздействие. И его сразу же испытал на себе выздоровевший Дик, когда ступил на преобразившийся остров. Восторгу мальчика не было предела! Ещё бы, ведь теперь у Джека и у него появился самый настоящий магический край.
Да…в те годы ребятам достаточно было раздвинуть любой кустик и увидеть там эльфов, заглянуть за любое дерево и обнаружить поражающего своим великолепием белоснежного единорога, оглянуться назад и столкнуться с летящей феей.
Дик долго думал, чем же хорошим в свою очередь он может обрадовать друга, думал и наконец придумал. И в один прекрасный день вручил Джеку свой подарок.
-Дружище, - сказал он.
-Да.
-У меня есть для тебя кое-что.
-Что?
-Пошли за мной.
-Хорошо, - откликнулся Джек и последовал за другом в дом.
Дик открыл дверцы шкафчика, который они с трудом перенесли сюда, и вытащил оттуда... КРЫЛЬЯ! Да, именно крылья, которые смастерил сам. Каркас их был сделан из тонких планок, к которым была прикреплена ткань. На ткань в свою очередь были наклеены перья, которые Дик украл из подушки Питера Смита, до жути вредного и противного мальчишки.
- Вау, что это, Дик? - изумленно прошептал Джек.
-Это крылья. Они лямками снизу прикрепляются к рукам,- тут Дик увидел недоуменный взгляд друга и сказал, - крылья….Ну, это чтобы летать.
-Летать?! – восторженным голосом ответил Джек.
-Даа, - протянул Дик. – Ведь и эльфы и феи летают, а почему мы не можем? Вот я и решил сделать для нас крылья, и мы тоже полетим,- на лице мальчика появилась улыбка.
-Здорово!!! – он просто не мог сказать ничего ещё.
-Но одна фея сказала мне, что если мы хотим на этих крыльях летать и не разбиться, как это случилось с Икаром, то нам нужно ещё кое-что.
-Что? – произнес спокойнее Джек.
-Вот это, - сказал Дик, доставая из кармана маленький мешочек и протягивая его другу. Увидев удивленный взгляд Джека, он пояснил,- это волшебный порошок. Мне его фея дала. Мы не сможем взлететь, если не насыплем его на крылья.
-Прям как в «Питере Пене»,- выпалил с улыбкой на лице мальчик.
-Да, как в «Питере Пене», верно.
На самом деле это, разумеется, ничего волшебного в этом мешочке не было, и вовсе не фея дала его Дику. Состав порошка сводился к обычной сахарной пудре, в которую была добавлена оранжевая акварельная краска. Хотя для ребят это не имело абсолютно никакого значения. Детство их наполнялось играми в волшебников, полетами в небесах, битвами на земле, колдовством в замках и прочими чудесными занятиями. Но к мальчишкам медленно, незаметно подкрадывался враг: жестокий, ненасытный, прожорливый. Имя ему Время.
Годы шли. Пришла пора, когда ребятам пришлось определяться со своей дальнейшей судьбой. Джек хотел учиться в колледже. В своих мечтах он представлял себя студентом Калифорнийского университета. Грезы о том, чтобы стать спасителем мира, неся повсюду любовь, честь, достоинство и прочие качества с годами канули в небытие; их сменило непонятно откуда взявшееся желание стать профессиональным специалистом в области рекламных технологий. Таким образом, Джек решил не спасать людей от драконов и прочих чудовищ, а обманывать их. Но прошу вас, не стоит его обвинять в чем-либо, загляните лучше к себе в душу и задумайтесь над тем, как это было с вами. Джек Гордон, как и все люди, хотел личного благополучия, материальной обеспеченности и независимости, как и все мы. Самые простые бытовые потребности и цели губят наши детские мечты, ставя на них крест. И Джек, не входящий в список исключений, решил устремиться в Калифорнию.

У Дика дела обстояли совершенно по-другому: этот человек хотел всего и сразу. Окончив школу, юноша решил торговать на рынке, считая, что придет день, когда он станет богатым и влиятельным предпринимателем. Парень просто не мог поверить, что может быть как-то иначе.
Расставание оказалось очень тяжелым испытанием для обоих ребят:
- Я буду приезжать к тебе каждое лето,- слегка улыбнувшись сказал Джек.
- Я знаю, - грустно ответил ему Дик,- Мне….
Тут Джек резко скинул с плеча свою сумку на асфальт и крепко обнял друга.
- Мне тоже будет тебя не хватать, брат, - прошептал он на ухо Дику.
- Да…я знаю,- так же тихо ответил парень, освобождаясь от объятий.
Тут водитель автобуса засигналил последний раз, призывая всех занять свои места в машине.
- Ну все, мне пора, дружище!.
Дик протянул руку Джеку, и тот крепко её пожал. На лицах обоих ребят была грусть. Никогда больше они не были так близки друг другу, как в эти последние секунды расставания; никогда больше они не были так нужны друг другу, так важны друг для друга, как в тот миг. Перед ними расстилались бесчисленные дороги жизни, и каждый из них выбрал свой путь. Оба они это прекрасно понимали, и осознание этого делало их разлуку ещё тяжелее.

Джек с неприятным чувством вошел в автобус, сел на свое место и показал другу, наблюдавшему за ним, средний палец. На лице Дика появилась улыбка до самых ушей, и ответная реакция последовала незамедлительно. Автобус тронулся с места, а вместе с ним и Джек Гордон. Юноша не мог даже и предположить, что это последний раз, когда он видит своего друга таким, какой он сейчас; он даже не мог подумать, что Дик больше никогда не будет прежним.
В университете у Джека дела шли неплохо, трудности у него были лишь с высшей математикой. По всем остальным предметам парень здорово преуспевал. Университетская жизнь била ключом, и он все реже стал вспоминать Дика. Выполнив весь годовой учебный план, он не имел достаточных финансов, чтобы приехать домой, парню едва хватало на еду. По ночам он не спал-работал. Разгружал грузовики с рыбой, а в перерывах занимался. С началом нового учебного семестра подобный режим дня не изменился. Он имел три часа в распоряжении, чтобы выспаться перед занятиями. На парах был разбитым, но, тем не менее, ходил на все лекции и с интересом посещал различные семинары.
Вскоре Джек начал ощущать себя одиноким. Какая-то хандра овладевала им; все казалось каким-то странным, чужим, неизведанным. Очень часто он сидел один и не чувствовал ничего. Мир для Джека терял привычные краски; юноша словно растворялся в нем, становился невидимым, неощутимым для других. Да…вроде бы все его в университете устраивало. Но он ощущал какую-то неведомую пропасть - ненасытную, жуткую и огромную, не знающую пощады и поглощающую в себя абсолютно весь его мир безжалостную злодейку. Джеку становилось от этого действительно не по себе. И самое страшное для юноши заключалось в том, что ему не с кем было поделиться своей тревогой. Не было у него по-настоящему близкого человека, которому он мог всецело довериться и рассчитывать на понимание.

Часто Джеку Гордону по ночам снился сон: он летит сквозь бескрайнее космическое пространство вперед, с бешеной скоростью, к какой-то неведомой цели, что ждет его впереди, где-то очень далеко. Юноша замечает, что иногда рядом с ним мелькают люди; они тоже летят куда-то в неведомые пустоты космоса, летят в разных направлениях, каждый своей дорогой. Джек пытается сблизиться с кем-то, дотронуться, хоть на некоторое, пусть даже самое короткое время, ощутить чье-то прикосновение, испытать некую близость, и, может быть, лететь дальше станет не так тяжело. Но все эти попытки всегда оканчиваются безрезультатно: люди летят, каждый из них находится в своем водовороте событий, и каждый из них движется по своему пути, до других же им нет никакого дела.

В другую ночь он видит себя Островом. Маленьким Островом, плывущим по безграничному, бескрайнему Океану в поисках Земли, к которой можно было бы присоединиться, ощутив свою принадлежность к Материку. Ему очень грустно. Грустно от осознания того, что плыть придется очень далеко и очень долго, ибо океан не имеет границ; Джек-Остров знает, что плаванье его длинною с жизнь, и неизвестно, покажется ли когда-нибудь на светлом горизонте Материк. Но Джек уверен в одном: он будет плыть, страдая от одиночества и страха, хотя знает, что волны Океана в шторма способны на многое и неизвестно, сколько таких же Островов опустили они на дно морское. Лишь одно толкает Джека вперед: в самом центре себя он видит какой-то меленький огонек. Едва горящий, но, тем не менее, способный согреть его даже в самую плохую погоду, когда вода Океаническая становится холоднее. Именно этот огонек заставляет Джека-Остров плыть вперед, даже в самые страшные бури. Но все попытки познать этот огонь бесплодны: Джек просыпается, открывает глаза и с восходом на горизонте встречает еще один день, который принесет ему очередные разочарования.

К концу очередного учебного года юноша понял, что уехать к Дику так и не сможет. Денег у Джека было немного, а тех грошей, которые приносили ему временные заработки, едва хватало на то, чтобы сводить концы с концами. Хотя финансовое положение дел не так уж и сильно глодало Джека. Он умело расходовал деньги, всегда зная, что ему на сегодняшний момент действительно необходимо, а с чем пока можно повременить. Джек довольно-таки неплохо подстроился под ритм университетско-общажной жизни парня-одиночки.
В следующем году он закрутил роман с девушкой из соседнего студенческого городка. Дела денежные также на удивление пошли в гору. Преподаватель из университета помог ему устроиться на работу в маркетинговый отдел какой-то фирмы по производству компьютерного оборудования. Джек делал все, что от него требовалось. Нужно было работать - он работал, нужно было сдавать экзамены - он сдавал, нужно было помочь соседу по комнате в изучении социологии – он всегда помогал, нужно было заниматься спортом – он каждый день бегал и ходил в университетский бассейн. Нужно было, нужно было, нужно было…а зачем? Джек точно не знал ответ на этот вопрос. Он просто делал, и все. А была ли в этом необходимость? Он сомневался. А точнее, ему было все равно. Юноша не видел никакой цели в своих действиях; делал что-либо потому, что это делают другие и другими это ценится. Джек Гордон просто перестал понимать, что он хочет сам, разучившись различать свои интересы, потребности и ценности от интересов, потребностей и ценностей общества, в котором он находился. Но долго так продолжаться не могло, и уже к лету собственное безразличие достало его, и он решил сменить обстановку. Юноше вдруг захотелось поехать в Сент-Клауд, отдохнуть на природе, увидеть старых знакомых и, конечно же, Дика.

Взяв на работе отпуск и потратив еще пару деньков на всякие мелочи и дорожные сборы, он уже через пять дней был у себя на родине. Первым делом Джек отправился в приют, надеясь либо застать там Дика, либо узнать о том, где он и как с ним можно связаться. Это была действительно знаменательная встреча: вновь увидеть миссис Диксон, которая все так же воспитывала детишек, доктора Тайлера, по-прежнему всецело посвящающего себя всеобщему здоровью и благополучию, миссис Доусон, такую же рассеянную и забывчивую, но до безумия добродушную старушку, с ее неугасимым чувством юмора. Дика он не застал, но парню было очень приятно вспомнить былые деньки. И они все вместе смеялись, радовались, улыбались. Все так и продолжалось, пока Джек не спросил:
- А как у Дика дела? Я, честное слово, так по нему соскучился. Просто не терпится встретиться с ним. Так много нужно рассказать, - с приятной улыбкой проговорил юноша.
Тут выражения лиц окружающих резко изменились. В комнате воцарилась мертвая тишина. Все уставились на Джека и не знали, как ему сказать.
- Что такое? С ним…с ним что-то не так? Он болен? Лежит в больнице?
Молчание.
- Джек, сынок,- нарушил тишину доктор Тайлер, - видишь ли, дело в том…дело в..
- В чем?
- Дело в том, Джек, что Дик умер, - тихо сказала миссис Диксон.

Шок…Эта новость, словно смертоносная молния, пронзила его разум. Последняя секунда стала для него вечностью; боль проходила сквозь него, и огонь ужаса раздирал его душу. Вдруг у Джека появилось видение: он опять летит сквозь Вселенную на бешеной скорости; в потоке этом юноша видит других, абсолютно ему незнакомых людей, в водовороте которых он сумел разглядеть своего лучшего друга – Дика.
- Дик, - закричал он.
Дик обернулся, подался вперед к Джеку: по лицу его было видно, что он устал и сил лететь больше не осталось.
- Джек, помоги мне, я тебя прошу, - закричал он другу.
Джек пытался лавировать сквозь летящую толпу, чтобы протиснуться к Дику. Но чем упорнее он двигался вперед, тем сильнее от него отдалялся Дик. Джек Гордон смог разглядеть лишь бледное, усталое, измученное и полное безысходности лицо своего друга. А Дик все закручивался в водовороте Вселенной, уносившей его в свои бездонные и неизведанные глубины. Наблюдая это все, Джек испытал ужасное чувство – ощущение собственного бессилия, осознание своей неспособности что-либо в этой жизни изменить, сделать мир хоть чуточку лучше.
Вселенная вокруг него опустела; исчезли вдруг все эти никчемные, вечно куда-то спешащие люди. Остался лишь он, одинокий и обреченный на жуткую муку – смотреть на то, как бесчувственная и прожорливая космическая пустота между ним и Диком становиться все больше и больше.
Джек открыл глаза. Яркий свет ударил ему в лицо. Парень стоял один на берегу реки. Да, той самой, что водами своими омывала его благословенный край – волшебную страну под названием Авалон. Дом. Дом, который он построил сам. Джек Гордон чувствовал, что он рядом. Нескольки минут ему хватило, чтобы восстановить в памяти события, произошедшие с ним после того, как он узнал о смерти Дика.
Дик Джонс пошел не по тому пути. Как и, наверное, сам Джек. Но путь Дика был более темен, порочен. Закрутив роман с какой-то хиппующей потаскушкой по имени Кэтрин О’ Стерн, парень попал в компанию абсолютных пофигистов и сильно изменил свое отношение к жизни. Время провождения, образ мышления хиппи казались ему светлым путем, личным протестом против традиционного образа жизни, бунтом против пустой и никчемной массы серых мышей, к которой он, красивый и умный парень, несомненно, не относился. Однако этот бунт был очень уж эгоистичным. Хотя парень этого не замечал. Он, как, к сожалению, и многие другие, был увлечен чем-то новым; идеология хиппи манила и привлекала его, и Дик всегда находил оправдание тому, что сегодня он обкурился травки и был «мухой в янтаре». Но «сегодня» он даже не подозревал, что с таким же успехом будет завтра оправдывать то, что начал употреблять кокаин и героин. Просто Дик забыл давно усвоенную истину: очень часто люди в жизни делают что-либо, ищут этому совершенно бесплодные, никчемные оправдания, а потом сожалеют. Поэтому ему не хватило времени даже на то, чтобы осознать всю неправильность своих действий и своего образа мышления. Вся прелесть жизни для него сводилась к групповому сексу и наркотическому кайфу. И в один день, ставший для Дика Джонса последним, он, обкурившись травки и утолив жажду плоти с Кэтрин и её подружкой, принял немалую дозу смеси кокаина и героина. Организм его просто не выдержал. Парень скоропостижно умер.
Джек много раз прокручивал эту историю у себя в голове. Он просто не мог в это поверить…его лучший друг, человек с которым он делил лучшие годы в своей жизни, с которым провел свое не самое легкое, но, тем не менее, счастливое детство... этот человек умер от передозировки. Парень не знал, что ему делать. Набрав полную грудь воздуха, юноша испустил дикий крик. Крик страдания; крик страха; крик ужаса и отчаяния. Он был настолько слаб, что плакать просто не было сил. Боль переполняла сердце и съедала душу.
И вдруг, словно на него снизошло озарение, Джек понял, что ему делать: не случайно он тут оказался. Он вспомнил, что в беспамятстве выбежал из приюта и понесся куда глаза глядят, совершенно не сознавая, куда и зачем он бежит. Но просто ли так он оказался здесь? Нет; Джек, словно влекомый чьим-то неизвестным голосом, утратив власть над собой, прибежал по зову какой-то силы именно сюда, на берег речушки – Дороги, ведущей к Дому. А ведь за долгие годы юноша практически забыл, как выглядит это место. Не долго думая, парень залез в лодку и направил её вниз по реке, прямо к островку. Он все ближе приближался к Авалону, на сердце становилось как будто теплее. Джек все яснее слышал зов Дома. Какая-то приятная, ностальгическая музыка заиграла на струнах его души. Джек знал: это пел Остров.
(У каждого из нас на свете есть места,
Куда приходим мы на миг уединиться,)

Юноша внимал этой песне, и настоящее душевное тепло согревало его сердце; не было уже той боли. Вместе с воспоминаниями, которые излучал от себя островок, пришло успокоение.
(Где память, как строка почтового листа,
Нам сердце исцелит, когда оно томится.)

Паренек все сильнее и сильнее налегал на весла. Он устремился вперед, и солнце освещало ему путь.
Тут вдруг с дерева, росшего над рекой, медленно, плавно упали в воду два листа. Их мгновенно подхватило течение и развело в противоположные стороны, закручивая в своем водовороте. На лице Джека, наблюдавшего эту картину, появилась грустная улыбка. «Вот и в жизни то же самое», - подумал он.
(Отсюда мы с тобой ушли в круженье лет,
И вот я снова здесь, и ты придешь обратно)

«Наша жизнь – это река: таинственная, мистическая, полная опасностей. И каждый человек вынужден плыть по ней, преодолевая все пороги. Но самое ужасное это то, что никто никогда не может знать, какой силы препятствие ждет его впереди. Водоворот может так закрутить тебя в глубь реки, что ты никогда уже не сможешь всплыть на поверхность и с былыми силами продолжить свое плавание. Такова правда этой жизни. Она грустна, тяжела и прискорбна. Но человеку не дано ее изменить. Поэтому нам не остается ничего другого, кроме того, как быть готовым преодолеть самый тяжелый порог, не уронив чести и сохранив достоинство» - рассуждал Джек, настолько увлекшись собственными мыслями, что совершенно не заметил, как достиг своей цели. Выбравшись из лодки, юноша внимательно осмотрел остров. Вот он, далекий берег его детства. Столько лет спустя Джек снова тут: опустошенный, измученный и уставший, но он все таки достигнул своей цели. Каждый уголок здесь – это целая история. Всю атмосферу острова заполнили воспоминания. Свернув на тропинку из желтого кирпича, ту самую, которую они с Диком выкладывали и красили, дабы сделать ее подобной «Волшебнику страны Оз», перед взором юноши возник Дом. Но он был совсем другой, абсолютно не похожий на чертог волшебников. Волшебников тут не было. Как и не было тут эльфов, фей, единорогов и прочих существ. Все было другим. От прежнего Авалона не осталось и следа. Магия покинула эти края, волшебство умерло. Наверно окончательно это произошло после отъезда Джека.
Доски Дома прогнили и отсырели, и вся эта деревянная конструкция была очень уж шаткой. Но юноша все же открыл дверь и медленно вошел внутрь. Резкий и неприятный запах ударил ему в нос. Парень начал расхаживать по Дому и печальным взглядом осматривать его изнутри. Сердце его наполнялось болью. Не выдержав, Джек заплакал. И плакал он долго, в полном одиночестве, ни в ком не нуждающийся и никому не нужный.

«Вот так вот, Дик, - обратился он в пустоту, - вот так вот кидает жизнь людей. Знаешь, мне кажется, что все наши усилия выстоять и не потерять себя просто бесплодны. Сам даже не знаю, когда я, глядя в зеркало, перестал в нем видеть себя самого. А ты? Ты знал? Смотрел ли ты в него вообще, имело ли для тебя, влекомого всякими шлюхами-наркоманками, это хоть какое-то значение? – плача, вопрошал Джек. – Если бы ты только знать мог, как мне…как мне жаль, что все так вышло! Но я ничего, я ничегошеньки не могу изменить в этой проклятой жизни! Имеет ли она смысл? Я не знаю. И, возможно, никогда не узнаю. А стоит ли знать вообще?! Я уверен лишь в одном: жизнь – это страдание. И чем больше ее узнаешь, тем больше страдаешь. А мне надоело страдать, мучаться и испытывать постоянную боль, которую причиняет мне этот мир и эти люди! – резко вскричал парень. – Угу, жизнь – жесткая штука. А человек – существо трагичное.
И самое обидное, что жизни наплевать есть ты, или тебя нет; эта бессердечная дамочка не станет ощущать себя от этого полнее. А глупые люди живут, считая себя центром этой Вселенной. И самое смешное заключается в том, что они свято верят в то, что мир рождается и умирает вместе с ними. Мда, представили бы они, сколько эта планета просуществовала до них и сколько еще просуществует, их мгновенно хватил бы сердечный приступ. А знаешь, Дик, что я понял? – истерически сказал юноша, - человек ничего своим рождением в этот мир не приносит. И ничего с собой не может забрать. Эту жизнь нам дали, у нас не спрашивая. Сомневаюсь, что Бог на небесах, прежде чем отправлять меня сюда в этой проклятой шкуре, поинтересовался, А ХОЧУ ЛИ Я?! Даже наша собственная жизнь нам полностью не принадлежит, потому что такие есть вещи, которые человек изменить просто не в силах!!!

А знаешь, Дик, что самое неприятное и ужасное??? Это то, что я так раньше никогда не думал! Никогда не было у меня подобного отношения к жизни. Слишком много на меня навалилось. И я не могу это выдержать. И не с кем мне разделить свою печаль. Потому что тебя, моего лучшего друга, нет рядом со мной. Если бы ты только мог подсказать мне, как быть! Если бы ты только мог…- уже едва слышно, сквозь слезы произнес Джек.

Юноша выдохнул. Невидимые прутья сковывали его душу. Полный безысходности, он резко замахнулся и ударил по ветхой деревянной стене. От сильного толчка все сооружение пошло ходуном. Тут медленно и с жутким скрипом отворилась дверь старого шкафа. Джек обернулся на шум, и взгляд его мгновенно упал на предмет, выглядывавший из-за дверцы. Это были крылья. Те самые, которые для него очень давно смастерил Дик. Юноша, словно очарованный, не мог оторвать от них взгляд. Взяв их в руки и осмотрев, он заметил, что за годы они нисколько не изменились: маленький деревянный каркас по-прежнему был цел, а перья не отклеились от ткани, сохранив свою красоту и яркость. Джек просто глазам своим не мог поверить; дикое изумление отражалось на его лице. Вот они, крылья, на которых он и его друг постоянно летали, наслаждаясь чудесным видом на их волшебную страну. Именно с высоты ребятам проще всего было разглядеть каждый уголок своего магического королевства. Вдруг Джеку вспомнилось одно очень старое стихотворение великого сказочника и мифотворца Дж. Р.Р. Толкина:

Вглядись: тропинка чуть видна,
Пророс терновник меж камней…
О, это праведных тропа,
Немногие идут по ней.
А вот широкий, торный путь,
Где на лугах блестит роса…
Но этот путь – стезя Греха,
А не дорога в Небеса.
И вот чудесная тропа
В холмах зеленой стороны.
То путь в Волшебную Страну,
Мы по нему должны идти.


И тут Джек, словно повинуясь чьему-то неведомому совету, начал надевать на себя крылья. «Не торопись, мой друг, - услышал он спокойный, умиротворенный голос Дика, - или ты забыл, что не сможешь взлететь без магического порошка?!»
- Ах да, порошок, - с улыбкой произнес юноша.
Мешочек с порошком лежал на верхней полке шкафа. Юноши без труда нашел его.
- Надеюсь, что за годы ты не потерял свои магические свойства, сказал Джек, сыпля блестящую смесь на крылья.
«Все зависит только от тебя, - вновь заговорил голос Дика, - и от твоей веры»..

Джек надел крылья и вышел из Дома. Пред ним предстала потрясающая картина: солнце уже клонилось на запад, освещая своими уже не такими яркими лучами все вокруг. И казалось, что все вокруг запечатлело в себе этот свет: воздух, воды реки, горы, деревья…И побежал – вперед. В миг этот ни время, ни пространство не имели для него никакого значения. Ноги Джека стали медленно отрываться от земли. Он взлетал, чтобы стать свободным. Свободным от других. Свободным от своих страхов. Свободным от своего прошлого. Свободным от этого мира. Он закрыл глаза и засчитал: «Раз, два, три, взлетиииииии», - закричал радостно юноша.

Открыв глаза, Джек увидел, что все вокруг него поменяло цвета: мир уже не казался ему ни бесплодным, ни никчемным. Сердце юноши, словно какой-то сосуд, наполнялось силой и радостью, ибо Авалон вновь исполнялся невиданной красотой. Один маленький остров, с которым связаны лучшие воспоминания его детства, был уже целым миром, полным загадок и волшебства. Таинственная магия детства вновь вернулась в эти места, возвращая былые краски его волшебной стране. Посмотрев вниз, Джек вновь впервые за много лет смог увидеть эльфов и чародеев, которые словно ждали его все эти годы, спрятавшись в неведомых замках. Джек взлетел еще выше, и ему показалось, что вся его волшебная страна может уместиться в на ладони, словно крохотная жемчужина, переливающаяся в лучах солнца. Но обратив свой взор вперед, юноша увидел, что перед ним, словно ковер, расстилаются сотни, нет, тысячи, тысячи не менее ярких и красивых миров, которые ему еще предстояло посетить, которые звали его, которые ждали его и которые всей душой манили его. «Да, - подумал Джек, одного движения вперед достаточно, чтобы до краев наполнить сердце человека». И долго он еще летал по небу, наслаждаясь своей свободой. Юноша почувствовал, что маленький огонек, согревавший Джека-Острова, превратился в огромный и пылающий огонь. Лишь теперь Джек сумел постичь его суть. Заранее зная ответ, он задал вопрос: «Кто ты, Божественное Пламя?». «Я тот, - услышал он голос внутри себя, - кто согревал тебя в дни тягостные и одинокие. Именно я поддерживал тебя во время однообразных университетских будней. Тогда меня звали надеждой. Но сейчас, человек, имя мне – Сила. Я – это ты».
Джек только улыбнулся. Да, воистину силен человек. Даже когда, казалось бы, все мосты сожжены и нет сил искать путь во тьме, некоторые из нас только благодаря своему жизнелюбию идут вперед до последнего. И лишь на собственной Вере и Надежде воздвигают себе маленький мостик. И пусть он шаток, опасен и висит над кошмарной пропастью, у настоящего человека всегда хватит силы и мужества, чтобы пройти по нему до конца.

С этими мыслями юноша спустился на землю. Джек уже знал, что ему делать. Он снял крылья с плеч, кинул их в Дом, обошел остров и набрал достаточное количество мелких деревяшек и сухой травы. Обложив ими все деревянное сооружение, юноша поджог его.
Джек видел, как через несколько минут языки пламени добрались до самых верхушек деревьев.
- Гори огнем! – прокричал он, - гори и сгори дотла! Мне же нужно двигаться вперед. И я буду. Но ты, мой Дом, о мой благословенный Авалон, всегда будешь находиться в моем сердце, как бы далеко я не находился бы от Сент-Клауда. Я люблю тебя! Я благодарю тебя! И я никогда-никогда больше не забуду тебя!
(У каждого из нас на свете есть места,
Что нам за далью лет все ближе, все дороже,)

Путь свой юноша держал вперед. Только вперед. Он вновь чувствовал себя исполненным сил.
(Там дышится легко, там мира чистота
Нас сделает на миг счастливей и моложе.)

Паренек знал: не раз он будет возвращаться сюда, в это прекрасное место, с которым связаны лучшие годы его жизни. И еще не раз Дом будет давать ему приют. Но это будет Завтра. А сейчас Джек Гордон держал свой путь в неизведанные края, где его ждали магия и волшебство. Он отправился туда, где кончается горизонт и рождаются мечты.

Примечание
В данном рассказе мной использовались слова песни «Чистые Пруды», которую написал Игорь Тальков.

Отредактировано: Роланд Дискейн, 01 Декабрь 2005 - 00:12:12

время - лицо на воде

#2 Роланд Дискейн

    Samourai

  • Пользователи
  • *****
  • 2 453 сообщений
  • Пол: м
  • Из: Ростов-на-Дону

Отправлено: 13 Декабрь 2005 - 17:07:25

Цитата

Карен рассказ СУПЕР! Образ Джека (созвучно с Джейн  ) прям как с меня выписан  , ну копия я, за искл. детдома и смерти лучшего друга (слава богу  ). Очень здорово и цитаты из "Чистых прудов" Талькова и всё так гармонично. МОЛОДЕЦ!
Олесечка, присоединяюсь к благодарностям Святоши. Очень приятно, что рассказ произвел на тебя впечталения. Что касается самого рассказа - то в нем неправда только место действия и имена. И одному событию (смерть друга) был придан метафорический контекст. А Джека я тоже с себя списывал. :D Вроде бы достоверно получилось. Очень рад, что пусть и не в одной тысяче километров от меня есть человек, который разделяет мои чувства и отношение ко многому в жизни. Еще раз огромное спасибо за теплые слова! Мне правда очень приятно. :D

Цитата

ЗЫ Аффтары песшите исчо
Эх, лень матушка, да и времени нет. Думал, что к Рождеству напишу еще один рассказ с соответствующей праздничной тематикой, но сессия...и курсовая - просто ужас. Пока времени нет совершенно. надеюсь, что хотя бы на зимних каникулах, хоть и с опозданием, но осуществлю задумку.
время - лицо на воде

#3 Дрон

    The man who sold the Wold

  • Пользователи
  • ****
  • 699 сообщений
  • Из: Казань

Отправлено: 14 Декабрь 2005 - 13:34:56

Карену
Без лишней лести скажу, что ты - живое оправежение высказывания Кинга:"Человек, который хорошо говорит, никогда не сможет писать хорошие рассказы."(Мизери) Твой рассказ очень глубок. Человек иногда за чередой всевозможных "надо" теряет цель в жизни. Перестает рассматривать себя как личность со своими мечтами и желаниями, и превращается в ничтожную песчинку в бесконечном социальном потоке. Когда-то, я сам пытался писать рассказы, но впоследствии замечал, что получаются они уж очень похожими на вещи, прочитанные мною раннее(все-таки стихи - это совсем другое дело)
У тебя совершенно иная ситуация. Тврй рассказ ни на что непохож и это - огромный плюс. Не буду говорить, что тебе стоит продолжать писать, ты и сам это знаешь. Может быть, со временем выпустишь книгу, и тогда, я смогу с гордостью сказать:"Я знаю этого ЧЕЛА"
PS: Кстати, меня зовут Андрей, это так, для справки. ;)
Святоше
На счет того, как ты говоришь, ничего сказать не могу(с тобой я еще раньше не общался) Но твой рассказ тоже неплох. Очень оригенальна твоя манера исполнения: никаких предисловий и прелюдий. Сразу, что называется, "в бой" к самой сути. Твой рассказ короток и ясен, словно крик. Вместе с тем, в нем есть филосовский смысл. Особенно понравилась концовка. Короче, ты - молодец. Но главное работай над собой и, я уверен будет получаться лучше и лучше.

Теперь буду чаще заглядовать в этот топ.

Отредактировано: Дрон, 14 Декабрь 2005 - 13:35:52


#4 Derri

    Стрелок

  • ВетеранВетераны
  • *****
  • 767 сообщений
  • Из: Пермь

Отправлено: 18 Декабрь 2005 - 00:06:19

Роланд Дискейн (Dec 1 2005, 02:32 AM) писал:

Этот рассказ написал недавно. К сожалению, так и не смог окончательно довести его до ума, хотя работенка еще есть. Может быть, потом вернусь к нему и еще отредактирую.

Рассказ - не хоррор. Что-то между сказкой и притчией. :D

«Жизнь каждого человека имеет свою имитацию вечности: колесо»
Стивен Кинг «ОНО»


Дом, который построил Джек
Как и обещала, прочитала твой рассказ и буду сейчас высказывать свою имху. :)

Скажу просто и без лишних сантиментов, что рассказ мне очень понравился, и прочитала я его с удовольствием, утонув в тексте. Как и мисс Джейн, он мне понравился, наверное, потому что созвучен с моими мыслями. Людям-человекам обычно нравятся те произведения, в которых они узнают себя. :D

Итак, бочка меда.
Рассказ, правда, больше похож на притчу, глубокий и метафоричный. Про одинокий остров, плывущий в холодном океане – просто блеск!!! И огромное космическое пространство, в водовороте которого мечутся люди, каждый сам по себе и никому ни до кого нет дела – шик!!!

И сказочный Авалон, счастливый уголок нашего детства, пронизанный светлыми мечтами и надеждами, скрашенный теплой ностальгией – сколько ассоциаций и переживаний он вызывает. У многих из нас были такие уголки в детстве, и сразу вспоминаются те безмятежные дни, и наплывает тоска по тем дням, когда весь мир – на ладони, и принадлежит только на одним, а мы в нем – боги.
И, конечно, эпиграф из «Оно» сразу позволяет вспомнить Барренс и команду Неудачников, проведших самые счастливые дни своего детства в том маленьком уголке в Дерри.

С крыльями у меня вообще особые ассоциации

«Мы погибнем без этих крыльев,
Которые нравились мне…»



Образное мышление у тебя на высоте. :lol: Я покорена. :D

И все что дальше.. Очень классно у тебя получилось передать всю ничтожность, ощущением которой пропитывается наше существование, когда мы выходим в мир и… разочаровываемся. Столько «надо» существует в этом мире, и мы исполняем все эти «надо», а для чего, почему? И все мы, великое множество, мечемся в этом мире, и несет нас каждого в водовороте собственной жизни… бессмысленное наше трепетание и называется жизнью.
А мир равнодушен ко всем нам.
«И будет все, как будто бы на свете и не было меня…»

И про бессилие наше человеческое – тоже верно подметил
Конец, имхо, правильный. Если есть у человека в душе какая-то искорка, что-то святое и нерушимое, то оно и наполняет мир светом и смыслом, помогает понять, что нужно просто жить. Просто жить – это, оказывается, такое удовольствие. И жизнь, несмотря на всю свою ничтожность и абсурдность, велика, прекрасна и бесконечна. Я все это говорю, потому что сама через все это недавно прошла и осознала в полной мере. :)

Так что огромный тебе респект!

А теперь ложечка дегтя.

Цитата

К сожалению, так и не смог окончательно довести его до ума, хотя работенка еще есть. Может быть, потом вернусь к нему и еще отредактирую.

В принципе замечания, может, и не очень существенные.

Первый момент. Все, что касается мыслей Джейка, образов в его сознании, описано великолепно. Живописный, образный язык, красочный стиль. Я не буду приводить примеры – 75-80 % текста написаны прекрасным языком, который просто приятно читать.

Но… вот когда описываешь повседневность, бытовую жизнь его, то немало встречается каких-то канцелярских, бездушных выражений, вполне годящихся для заметки в газете, или для деловой характеристики, но не для красивого философского рассказа-притчи. Имхо, их надо отредактировать. Обрати внимания на выражения типа:

«многочисленные физические нагрузки сильно утомляли мальчика»

«Джек Гордон, как и все люди, хотел личного благополучия, материальной обеспеченности и независимости»

«Выполнив весь годовой учебный план, он не имел достаточных финансов, чтобы приехать домой
ходил на все лекции и с интересом посещал различные семинары».



Просто читая, как красочно ты описываешь остров, все переживания и размышления Джека, удивительно наталкиваться на подобные фразы. Такое впечатление, что замечательные образные выражения и некоторые канцелярские фразы пишут просто два совершенно разных человека.
Я думаю, что это связано с тем, что когда ты описываешь образы, то очень четко себе их представляешь и вдохновенно описываешь. А размышления идут из души, из собственной головы. Но вот когда надо описать серую, ничем примечательную повседневность, и в двух словах дать чему-то характеристику, то и фразы получаются не всегда удачные.

Второй момент.
Детство в приюте для сирот наложило на юношу определенный отпечаток. Но ни голод, ни холод, ни мор, ни боль, ни что-либо другое не могли сломить его сильный, непоколебимый дух

Честно, если бы не эта фраза, то ничто другое в рассказе не наталкивает на мысль, что детство у наших героев было несчастливым, или что в приюте они голодали-холодали. :) Тем более, когда герой вернулся, у него с его наставниками были связаны очень хорошие воспоминания. Понято, что вырасти в приюте – несладкий жребий, но упоминания о «боли, море, голоде, холоде» кажутся какими-то ничем ни оправданными. :blink:

Не знаю, может действительно все детство было очень трагичным, а ты показал лишь отдельные счастливые моменты, которые были единственной отдушиной в их страшном детстве. Авалон еще и потому был таким сказочным и чудесным, что это единственное место было, куда они могли спрятаться от наполненных страданиями будней? И Домом их «замок» на острове был, потому что они, одинокие сироты, выросшие в казенном приюте, только это место домом и могли назвать. Только тут оживали их мечты.
Я просто, чего хочу сказать то?… Может, я придираюсь необоснованно, но эта фраза в самом начале про эти нечеловеческие страдания в детстве, от которых Джек и стал таким закаленным, дальнейшим текстом никак оправдана в общем не была.

[b]Третий момент.
Скажу откровенно, что вторая часть намного лучше первой. Вторая часть – шедевр, а начало заметно слабже. Говорят, что первый абзац должен быть самым цепляющим. А тут все как-то наоборот. Я втянулась и к концу рассказа меня было не оторвать, но самые первые строчки, первый абзац, может, стоить попытаться сделать более «ударными»? :)

Еще раз напоминаю, что все это очень-очень субъективное имхо, ни в коем случае не претендующее на истину. :)

#5 Роланд Дискейн

    Samourai

  • Пользователи
  • *****
  • 2 453 сообщений
  • Пол: м
  • Из: Ростов-на-Дону

Отправлено: 18 Декабрь 2005 - 00:34:44

2 Derri
Танюш, спасибо огромное за теплые слова! :) Мне очень приятно, что тебе понравился рассказ.
Все, что касается "ложки дегтя" - ППКС полнейший.
Мне не только ты указывала эти замечания, но и многие другие. И те, кому я давал прочитать рассказ до редактирования, и те, кто прочел его после. Советовали обратить внимание на канцеляризмы и полностью переделать первый абзац, избавившись от штамповок. Как я уже говорил, работа есть, работать нужно. Возможно, после сдачи сессии устраню эти недочеты, ибо они весьма значимы. И постараюсь их не допускать в дальнейшем.

Цитата

Просто читая, как красочно ты описываешь остров, все переживания и размышления Джека, удивительно наталкиваться на подобные фразы. Такое впечатление, что замечательные образные выражения и некоторые канцелярские фразы пишут просто два совершенно разных человека.
В точку попала. :unsure:
Я просто не могу описывать повседневный быт, обычную жизнь, терпеть не могу конструировать диалоги....Это - очень существенная вещь, над которой так же необходимо работать, ибо зацикливаться на метафорических образах нельзя. И у меня, как ты сказала, образы эти действительно в голове, скорее даже в душе. :unsure: Их и выразить всегда мне проще, чем обыденную жизнь, для описания к-рой никогда не могу подобрать нужной фразы. Мне эти моменты и писались тяжелее всего, всю кровь высосали :rolleyes:

Цитата

Тем более, когда герой вернулся, у него с его наставниками были связаны очень хорошие воспоминания. Понято, что вырасти в приюте – несладкий жребий, но упоминания о «боли, море, голоде, холоде» кажутся какими-то ничем ни оправданными. 
Оля тоже делала это замечание. Я его, как ни странно, просто забыл.... :D :D

Цитата

Может, я придираюсь необоснованно, но эта фраза в самом начале про эти нечеловеческие страдания в детстве, от которых Джек и стал таким закаленным, дальнейшим текстом никак оправдана в общем не была.
Совершенно обоснованно придираешься, это я ступил. :D

Цитата

Я втянулась и к концу рассказа меня было не оторвать, но самые первые строчки, первый абзац, может, стоить попытаться сделать более «ударными»? 
Надо бы. Только, честное слово, я даже не знаю, каким образом его изменить. Просто нет сил думать. Вчера пробовал выдавить из себя хоть чуть-чуть нового рассказа. Даже абзац не мог нормально увязать. :D

2 Дрон
Андрей, спасибо огромное за лестный отзыв, мне очень приятно. :unsure: Радостно понимать, что есть люди, кому твоя писанина пришлась по душе. :D

А вообще, ребята, все, кто меня похвалил, поощрил и просто сделал приятное...СПАСИБО вам всем! Когда я читаю ваши посты, возникает стимул писать дальше, стараться и самокорректироваться. :blink: Я очень благодарен вам за теплые слова, буду стараться и дальше! :rolleyes:

2 Мортен

Цитата

Доктор, вы кому и что лечите?
Да вот, за вас, товарищ, как раз взяться хочу, никак руки не доходят :D

Цитата

Да ты посмотри на колличество и объем своих постов. Времени у него нет. Ха-ха! 
Смешно? :) Ну ты, Морт, и сравнил время, требующееся на то, чтобы написать какую-то десятку постов и время на написание рассказа. :D Да и вообще...тебе-то какая разница? :D ;)

Отредактировано: Роланд Дискейн, 18 Декабрь 2005 - 01:18:17

время - лицо на воде

#6 Derri

    Стрелок

  • ВетеранВетераны
  • *****
  • 767 сообщений
  • Из: Пермь

Отправлено: 18 Декабрь 2005 - 01:34:56

Роланд Дискейн (Dec 18 2005, 03:34 AM) писал:

Цитата

Я втянулась и к концу рассказа меня было не оторвать, но самые первые строчки, первый абзац, может, стоить попытаться сделать более «ударными»? 
Надо бы. Только, честное слово, я даже не знаю, каким образом его изменить. Просто нет сил думать
Я не знаю, насколько мой совет может быть полезен в данном случае. :unsure:
Но, когда я писала очередное «бессмертное» :rolleyes: творение в газету, и у меня никак не получилось сделать заманчивым и интересным первый абзац (а нас тоже учили, что самое важное, это первый и последний абзацы, а в середину можно заполнить всем, что угодно) :blink: , то я прибегала к такой маленькой хитрости.

Я просто брала особо удачный отрывок из середины тексты и переставляла его в начало.

Ведь линейное развитие событий вовсе не обязательно. А у тебя оно как раз и не линейное, начинается с того, что Джек уже учится в Универе, а потом рассказывается про его прошлое.

Так, имхо, можно просто и начать с этого самого дома, который построил Джек, или с того, как он уничтожает этот дом (акцентируется связь с названием) или со смерти Дика или любого другого удачного момента – Острова или Полета во вселенной. У тебя эти моменты следуют друг за другом, мне кажется, если их разнести по тексту, то эффект только усилится. Одно из видений и можно вынести в начало, а другое оставить в середине, перекличка такая получится.

имхо, реши сам, на чем хочешь сконцентрировать внимание, вынеси этот эпизод в начало, а дальше перестрой текст в связи с этим - «отмотай пленку» относительно первого эпизода вперед или назад.

В общем, это не так сложно. Просто переставить отрывки текста местами и придумать между ними связочки. :D

Это прием вообще нередкий у писателя, нонаверное встречается он так часто именно потому, что он эффективен. Ведь «хронологическое начало» редко бывает интересным, тогда события только начинаются, вот и предпочитают многие вынести в начало кульминацию или еще что-нибудь "живенькое" :rolleyes: :unsure:

(Мне вот почему-то сразу вспомнилась Мизери – стали бы мы читать, если бы все началось с того, как Пол написал свой первый роман и только в середине добрались бы до того, как он добрался до Энни. :unsure: А так, Кинг как опытный писатель начал с самого интересного. Есть, наверное и более удачные примеры, просто это самый первый пришедший в голову).

#7 R.F.

    Blood man

  • Помощник шерифаПомощники шерифа
  • 1 546 сообщений
  • Пол: м
  • Из: Беларусь

Отправлено: 21 Декабрь 2005 - 17:11:28

Привет, други! :) Долго меня не было, соскучился шибко. Ну, да речь сейчас не об этом...

А о рассказе Карена Дискейна :)

Дружище, много уже сказано до меня. И под многим из этого многого готов подписаться. Объективно: хорошая притча с довольно красивым сюжетом, но техническое исполнение сильно хромает...

К прозвучавшим претензиям добавлю свой "коронный упрёк" - за американизм. (Кстати, насчёт

Цитата

У Дика дела обстояли совершенно по-другому: этот человек хотел всего и сразу. Окончив школу, юноша решил торговать на рынке, считая, что придет день, когда он станет богатым и влиятельным предпринимателем. Парень просто не мог поверить, что может быть как-то иначе.

Чё-то я сомневаюсь, что у америкосов "торговать на рынке" означает ступеньку в карьерной лестнице. Разве что самую низшую. Но ведь Дик хотел всего и сразу... В любом случае, естественнее отправить его продавать гамбургеры в МакДоналдсе или работать заправщиком, но не на базар. Хотя у нас, например, это выглядело бы вполне уместно и правдоподобно).

Язык местами (в начале), не обижайся, сух, как песок Сахары и обилие канцелярских штампов отнюдь его не обогащает. :) Поаккуратней с "был" - злоупотребляешь безбожно! Под Samaelя, косишь, что ли? :rolleyes: :) ;) Побереги слова - не пиши лишних.

То же с описанием Джека - такое ощущение, что старательная классуха пишет стандартную характеристику на ученика.

Но, чем дальше, тем... лучше! :) Хотя обычно наоборот. Появляются красивые мысли и фразы. Например, мне понравились те, которые отражают детское восприятие мира. И вот это: " Самые простые бытовые потребности и цели губят наши детские мечты, ставя на них крест." Чертовски верно подметил! Возможно, пока ещё и сам не осознаешь, насколько это так. :) Ещё понравился эпизод, когда пацаны показывают друг другу "фак" на прощанье. Очень чётко, как в кино представил вид стоящего на дороге пацана через пыльное заднее окно автобуса...

Пожелание на будущее: если задумаешь писать большое произведение, старайся создавать портреты героев косвенно, показывая сквозь призму их же мыслей и поступков, а не прямолинейно заявлять, что "...Вася был таким-то и сяким-то, а Петя -- эдаким и разэдаким". :) ;)

Все замечания - имхо. Пиши ещё. Удачи! :)
"...Моё будущее - мысль,
Моё прошлое - лишь слово.
Но я - это мгновение"

Morten Harket "JEG KJENNER INGEN FREMTID"

#8 Роланд Дискейн

    Samourai

  • Пользователи
  • *****
  • 2 453 сообщений
  • Пол: м
  • Из: Ростов-на-Дону

Отправлено: 29 Декабрь 2005 - 13:36:29

Цитата

А о рассказе Карена Дискейна 
Ну, привет, ЭрЭфище! :( наконец-то дождался и твоей ИМХИ. ( А Карен Дискейн - это что-то новое :D ).

Цитата

Объективно: хорошая притча с довольно красивым сюжетом, но техническое исполнение сильно хромает...
Спасибо. :angry: По поводу технического исполнения, знаю, много и долго еще совершенствовать нужно. Мне интересно твое мнение по поводу того, есть ли у меня потенциал, чтобы писать дальше, работать над ошибками и недочетами и т.д.

Цитата

К прозвучавшим претензиям добавлю свой "коронный упрёк" - за американизм.
Я знал, что это будет именно то, с чего ты начнешь. :rolleyes: Но, хоть убей, по-другому просто не могу. :angry: В рассказе, который я начал писать сейчас, но закончу еще оооочень нескоро, действие тоже происходит в США. Но только главный герой - армянин. :) (Просто в Нью Йорке, как и в США вообще, много представителей моего этноса).

Цитата

Чё-то я сомневаюсь, что у америкосов "торговать на рынке" означает ступеньку в карьерной лестнице. Разве что самую низшую. Но ведь Дик хотел всего и сразу... В любом случае, естественнее отправить его продавать гамбургеры в МакДоналдсе или работать заправщиком, но не на базар. Хотя у нас, например, это выглядело бы вполне уместно и правдоподобно).
Верное замечание, кстати, об этом даже и не думал. :( Скорее всего, так и сделаю. Пусть идет и работает в МакДональдс, надеясь, что через пару лет оснует собственную кампанию. Это было бы и правда более по-американски.

Цитата

Поаккуратней с "был" - злоупотребляешь безбожно!
А что плохого в этом слове?

Цитата

То же с описанием Джека - такое ощущение, что старательная классуха пишет стандартную характеристику на ученика.
Именно первый абзац я и имел в виду, когда говорил о том, что работать еще много нужно. РФ, а что, если убрать этот абзац с характеристикой гл. героя вообще из рассказа? начать с того, как он стоит на реке, и в паре предложений уделить внимание о том, что он жил в приюте и у него был друг, который сейчас умер? Как ты на это смотришь, посоветуй плиз...

Цитата

Пожелание на будущее: если задумаешь писать большое произведение, старайся создавать портреты героев косвенно, показывая сквозь призму их же мыслей и поступков, а не прямолинейно заявлять, что "...Вася был таким-то и сяким-то, а Петя -- эдаким и разэдаким". 
Спасибо, только вот до больших произведений с моей ленью руки не дойдут. :angry: Но подобный совет, думаю, значим и для сочинения рассказов.

Спасибо еще раз на добром слове и конструктивной критике!
время - лицо на воде

#9 R.F.

    Blood man

  • Помощник шерифаПомощники шерифа
  • 1 546 сообщений
  • Пол: м
  • Из: Беларусь

Отправлено: 29 Декабрь 2005 - 15:21:38

Хайл, сэй Дискейн! Карен Дискейн... :) ;)

Радует твое отношение к критике, которая, надеюсь, была достаточно корректной. ;) Так держать, приятель!

Цитата

По поводу технического исполнения, знаю, много и долго еще совершенствовать нужно. Мне интересно твое мнение по поводу того, есть ли у меня потенциал, чтобы писать дальше, работать над ошибками и недочетами и т.д.

Сам-то как думаешь? :) Ну, конечно же, да, чувак! ;) Как грится, дорогу осилит идущий. Нам наш гуру СК что сказал? Писать, писать и ещё раз писать! До кровавых мозолей на заднице писать. Ну, что-то типа того...
Есди честно, Карен, ты меня несколько смутил такой постановкой вопроса. :) Я ведь не какой-нибудь там великий, состоявшийся ас, чтобы ставить диагнозы и оценивать твой потенциал. По сути, такой же графоман ( ;) ), как и ты. К тому, что иногда меня здесь называют Мастером, отношусь с самоиронией. (Надеюсь, это поймут и те, кто обратит внимание на мой новый статус под аватаркой :) ). Ведь даже на этом форуме есть много более искусных Мастеров Слова (Гипнос, Вагабонд, Пикман и др.), у которых, Каренчик, нам обоим есть чему поучиться.
Ну, а насчёт работы над ошибками - уже тот факт, что ты их признаешь и обращаешь внимание на советы коллег-литераторов, говорит сам за себя. Верным путём идёте, товарищ...

Цитата

   QUOTE 
К прозвучавшим претензиям добавлю свой "коронный упрёк" - за американизм. 

Я знал, что это будет именно то, с чего ты начнешь.

Ты знал, ты знал! ;) :D :D :) :D

Цитата

QUOTE 
Поаккуратней с "был" - злоупотребляешь безбожно!

А что плохого в этом слове?

В самом слове, разумеется, ничего. Всё дело в том, с какой частотой оно употребляется. И насколько оправданно его присутствие в двух-трёх-четырёх предложениях подряд, а то и в одном по несколько раз. Как правило, это неоправданно, если не ставится цель достижения некого спецэффекта. Ведь при желании можно выкрутиться, перестроить предложение, подыскать аналог и т.п.
Необоснованные повторы - это зло, истинно тебе говорю.

Цитата

РФ, а что, если убрать этот абзац с характеристикой гл. героя вообще из рассказа? начать с того, как он стоит на реке, и в паре предложений уделить внимание о том, что он жил в приюте и у него был друг, который сейчас умер? Как ты на это смотришь, посоветуй плиз...

Смотри сам, дружище. Твори, выдумывай, пробуй... Ориентируйся на динамику и ликвидацию кусков, на которых буксует читатель. Чтоб, значит, без перегрузки. Попробуй так и эдак. В данном случае просто дай оба варианта на прочтение Оленьке (Freak, которая на самом деле совсем не Freak - заодно привет от меня передай) - она оценит, подскажет.

Цитата

Спасибо еще раз на добром слове и конструктивной критике!
Всегда рад. :D

И ещё. Кто-то выше говорил про ляп в твоем рассказе - насчёт ужасов приюта, о которых ты сказал, но не убедил... Опять же, мы вряд ли будем знать, как там и что в учреждениях для американских сирот. (Да и, по-моему, они недолго там пребывают, в основном кочуя по приёмным семьям). А вот узнать о быте в наших детдомах и, соответственно, правдивее показать его - гораздо реальнее. Ну, например...

Вот, типа, подарок специально для Карена и всех остальных :D:


В интернате восьмилетнего Максима постигла участь оранжерейного растения, выброшенного на лютый мороз. Не только из-за того, что с первых дней он превратился в гонимого отовсюду гадкого утёнка по кличке Кныш. К этой роли Максим привык давно.
В детском саду ребята с ним не дружили, а в школе считали своим долгом довести до слёз. Максимова шапка чаще других становилась «мячом», учебники и тетради постоянно приходилось извлекать из-за батарей или искать на шкафах, портфель не единожды вылетал в окно… Если для кого-то школа была каторгой в переносном смысле, то для него – в самом прямом. На переменах он старался держаться поближе к учителям. Домой уходил позже всех, ожидая пока разойдутся потенциальные обидчики. Но ухищрения срабатывали не всегда. Его поджидали, вылавливали возле дома. Зимой он приходил мокрый от снега, весной и осенью мать каждый вечер чистила его школьный костюм. Все это оказалось прелюдией к аду, ожидавшему в интернате.
Само здание послевоенной постройки, нечто среднее между бараком и солдатской казармой, давно не соответствовало элементарным нормам безопасности и человеческого быта. Проводя бесчисленные проверки, работники санслужб, инспектора пожарного надзора да прочие контролеры уходили отсюда с чувством выполненного долга и кипами актов в кожаных папках. Даже самым ленивым фискалам не составляло труда выявить кучу нарушений по той или иной части. Недостатки с порога набрасывались на проверяющего, грозя сбить с ног своей массой и завалить с головы до пят. Десятки членов всевозможных комиссий мелко исписывали блокноты, составляли протоколы, выписывали штрафы. Но никого не заботило устранение «выявленных недостатков», а потому интернат продолжал существовать вопреки грозным предписаниям о безотлагательном закрытии.
От входных дверей въевшаяся в стены и пол грязь растекалась по коридорам, забегая в комнаты, безраздельно властвуя в умывальниках. Конкуренцию ей составляла плесень, возникающая из-за неисправной вентиляции и отопления. В туалетах к смраду экскрементов и мочи, (сливные бачки работали крайне редко), примешивался резкий запах хлорки. К тому же, интернатовские «юмористы» норовили измазать дверные ручки дерьмом. Остроты ощущений посетителям уборной прибавляла темнота. Горящая лампочка в сортире представлялась явлением экзотическим и в некотором роде противоестественным. Детдомовец, обнаруживший исправное светило, спешил выкрутить его и принести в свою комнату. А если в запасе лампочка уже имелась, «лишняя» подлежала немедленному уничтожению. Похожая участь постигала раковины, унитазы, стекла, мебель. Для забавы дети могли натолкать спичек в замок, хором выбить неудачно стоящую дверь, куском арматуры разворотить подоконник. Единственное, чего они не могли – объяснить мотивы своего варварства. Ещё дома многие перенесли психические и физические травмы. И теперь с варварской радостью наносили их окружающим. Просто так…
Подлинных сирот – таких, как Максим, было мало. Большинство воспитанников составляли отпрыски алкоголиков, лишенных родительских прав. Выросшие в тумане отцовско-материнских запоев дети смутно представляли, что такое нормальная семья. Они привыкли не жить, а выживать, впиваясь в горло каждому, кто, как им казалось, представлял угрозу.
Воровство в интернате имело размах непроходящей эпидемии. Крали все, всё и всегда. Одежда пропадала из шкафов, испарялась из кладовок, исчезала с бельевых веревок. Кто-то возвращался из комнаты соседей с зубной пастой в кармане, другой, воспользовавшись моментом, снимал шторы, наволочки с подушек, тащил на продажу джинсы и ботинки товарищей. Редкий детдомовец не знал бабы Таси, торговавшей семечками под ближайшим магазином. За копейки предприимчивая пенсионерка скупала все приносимые вещи. Распознать интернатовца на улице города не мог разве что слепой. Летом они попрошайничали в парке, зимой слонялись по вокзалу и рынку. В тоненьких куртках, без шапок, в резиновых сапогах или кедах…
Побеги из этого места давно стали обычным делом. Иногда отсутствие воспитанника обнаруживалось по прошествию нескольких суток. Лишь тогда могло поступить сообщение в милицию. А могло и не поступить… «Побегают и вернутся», – рассуждали педагоги. «Хрен вам! Лучше быть грязным, голодным – зато свободным», – имели свою точку зрения беглецы.
Попытки милиционеров отловить интернатовцев редко оказывались успешными. Легендой детдома стала хохма о десятилетнем Юрке Карасеве, который сбежал аккурат под новый год. Пока обозленные менты ждали пацана в доме алкашей-родителей, Юрик с товарищем обворовал столовую в своём втором доме – в интернате.
Не знали всего этого далекие зарубежные меценаты, оказывавшие гуманитарную помощь учреждению. Везли её часто, особенно в канун рождественских праздников. Одежда, сладости, фрукты, игрушки… Но, случись кому спросить детей, когда они лакомились немецким шоколадом или, пришлись ли им впору спортивные костюмы, присланные итальянцами, на такого человека посмотрели бы, как на психа. Зато охотно рассказали много интересного. Например, о том, что фуры с гуманитаркой разгружаются всегда ночью. И занимается этим исключительно администрация да приближенные к ней воспитатели.
Детдомовцы в это время, прилипнув к окнам, наблюдали, как толстый директор Рогачёв на коротеньких ножках бегает с коробками от трейлера к своим «жигулям». Каждое его движение сопровождалось ядовитыми комментариями, разбавляемыми тяжёлым сопением и злыми смешками, прячущими горькую обиду, готовую хлынуть из детских глаз… Далеко за полночь педагоги собирались в кабинете директора. Там еще долго что-то пересчитывали, кричали и даже ругались. Затем споры утихали, а на смену приходили характерные звуки застолья.
Редкие, пламенные порывы учителей-новичков изменить хоть что-то быстро угасали. Никому не удавалось найти тот пресловутый «ключик» к детишкам, среди которых признаком особой крутизны считалось послать «училку» подальше. Исчерпав запас терпения, несостоявшиеся реформаторы очень скоро втягивались в дружный педагогический коллектив, где во всю процветали хитросплетения изощрённых интриг. Главная цель каждого участника заключалась в том, чтобы скомпрометировать коллегу и занять его место сопровождающего во время поездки детской группы на отдых за границу…
Но ко всему этому можно было привыкнуть. Или смириться, как смиряется мудрый человек с неподвластным ему явлением: смертью близкого, или грозой, нарушившей планы на выходной день. Гораздо тяжелее оказалось терпеть постоянные издевательства интернатовского беспредельщика Кольки Громова, по кличке Громыч…
Два года из прожитых шестнадцати низкорослый, коренастый оболтус уже провёл в воспитательно-трудовой колонии, куда угодил за кражи. Впрочем, сам Колька упорно твердил, будто сел после того, как избил директора в его же собственном кабинете. Якобы, случилось это, когда Рогачёв вызвал Громыча к себе, чтобы лично прочесть нотацию. Вот тогда, де, уязвлённый Колька заскочил на стол и принялся метелить дерика с безудержной мощью праведного гнева…
Новички, с восторженными глазами слушая описание этого подвига, охотно верили, остальные – молчанием подтверждали достоверность лживых россказней. Знавшие психованного товарища до «посадки», помнили его взрывной темперамент. Громыч заводился по малейшему поводу, а в припадке мог отдубасить неугодного до потери сознания…
Неизвестно, кому пришло в голову вернуть Кольку в интернат, но идея была не из лучших. Наблатыкавшийся отморозок возглавил когорту детдомовских хулиганов и мелких подхалимов, которых щедро потчевал невероятными байками о суровой, но полной романтики жизни в колонии. В тех рассказах сильные, отважные пацаны на смерть противостояли зверской администрации зоны.
– А вы тут жируете, параши не нюхавши, – обычно заканчивал Колька рассказ об очередном бунте, которые, с его слов происходили там едва ли не ежедневно.
Членам своей свиты Колька придумал клички, но этим его навязывание зековских традиций не ограничилось. Громыч обложил данью всех, не входивших в его окружение детдомовцев. Каждой комнате предписывалось еженедельно внести «в общак» пачку сигарет или её стоимость в денежном эквиваленте.
– Я ж не себе… – нагло ухмыляясь, пояснял Громыч, взимая оброк. – Пацанам на зону посылку собираю. Так что не жмитесь – все там будем…
Попутно, здесь же в интернате, Громыч поштучно торговал сигаретами. Но желающих задать вполне очевидный вопрос не было. И что будет с тем, кто вдруг не захочет «собирать посылку» никто не знал, поскольку все почему-то «хотели». Впрочем, Громыч и так мог легко забрать любую понравившуюся ему вещь. Грабеж происходил тихо и буднично.
– Классная майка, братан! – воскликнул Колька, увидев как-то фирменную, привезенную из Италии футболку на одном из товарищей. – У меня бы такая тоже была, да ты ж, знаешь, я в Италию не ездил – я на зоне сидел. И не поеду – судимых туда не пускают… Так что давай, ты мне эту майку подаришь, а себе еще привезешь? А?
Худой мальчонка, (кажется, это был пятнадцатилетний Димка Кравец), глотая слёзы, стянул футболку, которую тут же напялил Громыч.
– Смотри – она ж как раз по мне! Э, а ты чего ревёшь-то? Тебе чё, для друга тряпки жалко? Так и скажи – я отдам. Отдать?
Димка, оставшийся в застиранной казённой маечке, поспешно вытер глаза кулаком и усиленно замотал головой. По горькому опыту он знал, что вещь назад не получит, а вот в лоб – запросто…
Максим, как и следовало ожидать, стал излюбленной мишенью Громыча. Большой удачей для Канышева были дни, когда удавалось избежать встречи с детдомовским узурпатором.

Отредактировано: R.F., 29 Декабрь 2005 - 15:38:06

"...Моё будущее - мысль,
Моё прошлое - лишь слово.
Но я - это мгновение"

Morten Harket "JEG KJENNER INGEN FREMTID"

#10 Vagabond

    пассажир "жёлтой стрелы"

  • ВетеранВетераны
  • *****
  • 12 692 сообщений
  • Пол: м
  • Из: москва

Отправлено: 29 Декабрь 2005 - 15:30:23

R.F. (Dec 29 2005, 04:21 PM) писал:

Ведь даже на этом форуме есть много более искусных Мастеров Слова (Гипнос, Вагабонд, Пикман и др.), у которых, Каренчик, нам обоим есть чему поучиться.
Спасибо, конечно, за комлимент, да только "мастер слова" что-то залежался на своем футоне :)

Постараюсь исправить ситуацию - или отказаться от этой затеи насовсем. Зачем притворство, да еще перед самим собой.

Кста, как твоя Темная Башня поживает?

А подпись вполне, вполне :D
смрт нзбжн

inter urinas et faeces nascimur





ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАТЕРИАЛОВ САЙТА ВОЗМОЖНО ТОЛЬКО С РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРОВ И УКАЗАНИЯ ССЫЛКИ НА САЙТ Стивен Кинг.ру - Творчество Стивена Кинга!
ЗАМЕТИЛИ ОШИБКУ? Напишите нам об этом!
Яндекс.Метрика