Стивен Кинг.ру - Фэнфики

а знаете ли вы, что…
ТелепрограммаВ разделе "Телепрограмма" еженедельно публикуется программа телетрансляций сериалов и фильмов, снятых по произведениям Стивена Кинга!
на правах рекламы
цитата
Бог - отвратительный собеседник. В этом сомнений быть не может...
Стивен Кинг. "Безнадега"
Михаил Павлов
"Перетасовка"
2009
Страница: 1 2 3  < предыдущая | следующая >

Он забыл лицо своего отца.

Там, на краю пустыни, всходило солнце. Скоро оно раскалит изможденную почву, так что трудно будет ходить даже в кроссовках. Скоро и дышать станет труднее. Памятуя об этом, мальчик все же не спешил скрыться внутри ветхого здания, хранящего сумрачную трупную прохладу, никем не востребованную посреди бескрайней клокочущей от жара пустоты. Сегодня должен появиться убийца, так сказала девочка в голубом платье. Он верил ей и ждал. Сегодня.

…забыл лицо своего отца.
И мать стала окутываться в памяти туманом, скрадывающим привычные черты, подробности, слова, жесты. А ведь она исчезла не так давно – год. Или два года? Мир сдвинулся с места, и время текло теперь иначе, не по правилам. Впрочем, он, кажется, привык и к безвременью, и к одиночеству. Мать однажды вышла на кухню, сделать им обоим пару сэндвичей. Перед этим они долго смеялись, подшучивая друг над другом, и продолжали весело переговариваться через стену. А потом мама замолчала, оборвавшись на полуслове, и мальчик не удивился. Он всегда, оказывается, ждал этого. Люди пропадали, сколько он помнил себя. Порой он часами мог сидеть у окна и глядеть на пустынную улицу. Однажды, когда еще мать была с ним, он увидел, как по дороге рыча промчался серый плимут, за рулем никого не было. Машина влетела в стену брошенного дома, проделав в ней огромную дыру, разворотив чью-то кухню. Мальчик видел, как из смятой раковины фонтаном хлещет вода. У дверей некоторых домов появились люди, кое-кто из них был вооружен. Никто не понимал, что происходит. Но все знали, это может случиться с каждым в любую секунду в любом месте. К примеру, за рулем плимута. Ты просто исчезнешь.
По началу, когда работало телевидение и радио, говорили об эпидемии. Говорили тревожно, но старались успокоить людей. Говорили, «мы принимаем все меры». Мальчик чаще всего тогда слышал это «принимаем все меры». Потом кабельное отрубило, и улица стала пустынной. Мать все чаще приводила чужих мужчин, и в доме была еда.
Оставшись совсем один мальчишка продолжал сидеть у окна. Он питался их с матерью запасами: овсяные хлопья, воздушная кукуруза, чипсы, кола, консервированные овощи и мясо. И все дни просиживал у окна. На улице больше вообще никто не появлялся. Затем, правда, в дом залезли мародеры, и мальчишке пришлось убегать. Он еще много раз убегал: от смрадных бродяг, от сумасшедших женщин, от стариков с сальными глазами… Он прятался в теперь уже ничейных домах, находил окно и глядел на дорогу.
Потом ему стало казаться, что людей вовсе не стало.
Он давно не видал собак.
В небе, на ветвях деревьев не было птиц.
Однажды он хотел укрыться в школе, в которой учился, когда еще были уроки. Точнее, когда были учителя. Но теперь он не смог найти даже здания школы. На том месте была странная бесцветная пустошь. Не развалины, нет… Пустошь.
Пропадали магазины, банки, библиотеки, кинотеатры.
Даже облака исчезли.
Странно, но момента, когда появилась девочка в голубом платье, он не заметил. Это она рассказала ему о мирах, о колесе ка и об убийце, но

перетасовка,

мир оставался, как и прежде, пустым, ирреальным. Сдвинувшимся. Калейдоскопом вертелись дни и ночи. Только что-то переменилось, какие-то незаметные элементы картины поменялись местами, изменив узор. Но изменилась ли суть? Возможно ли изменить финал? Да и есть ли конец у древней саги о том, кто идет к Темной Башне…
Ка – это колесо

перетасовка.

В больших зеркально-черных девчачьих глазах извивались две рубиновые змеи – блики от костра, отделяющего их двоих от окружающей ночи. Девочка вовсю глядела на него, и ему было чуть не по себе от этого влюбленного взгляда. Девочка казалась немного младше его самого, ее голубоватое платье истерлось и запачкалось от времени. Она тоже долго была одна, понял мальчик и полюбил ее еще больше. Девочка умела очень мило улыбаться, будто протягивая всю себя на ладонях. Но на самом деле, в ее голове было много чего такого, что непросто открыть кому-то, что просто не каждый выдержит. Девочка знала очень много.
– Тебя ждет опасность. Путешествие. Смерть. Но не твоя. Таков удел стрелка. Ты силен, но не знаешь об этом. Я дам тебе это знание, оно принадлежало другому человеку из другого мира, но у вас очень много общего. Я дам тебе его умение управлять убийством. Потому что тебе придется остановить убийцу, а для этого… для этого нужно стать убийцей самому.
Из безразмерной сумки на коленях она достала блеснувший полированным деревом сундучок и передала ему. Он оказался тяжелым, чертовски тяжелым… В свете костра мальчуган разглядел мелкие царапины, украшающие крышку, и тонкую витиеватую резьбу благородного рисунка. Кажется, там были изображены четверо парнишек постарше него. Только эти дивные шляпы, пончо, револьверы в кобурах… А их глаза – просто щелочки, но они будто светились жесткостью. Убийцы.
– Откроешь его, когда тебе понадобится твоя сила
– Когда придется убить?
– Остановить убийцу.

Перетасовка.

Они сидели на крыше супермаркета и смотрели, как наступает рассвет. Солнечный свет медленно и осторожно скользил над мертвым городом.
– Твой мир ложный, – у девочки был серьезный и, вместе с тем, очень ласковый голос. – Его вызвала к жизни сама Башня. Точнее, болезнь Башни. Или вовсе, болезнь Того, Кто в Башне. Башня стоит в центре мироздания. Это такой гвоздь, который прошивает все сущее, и от того гвоздя расходятся Лучи. Лучи – каркас мироздания, они удерживают миры от разрушения. Твой мир появился случайно, отделившись от другого, нормального. Башня тотчас отрубила ложный отросток от своей энергетической сети Лучей, что равносильно смерти, но одно мгновение твой мир жил. И в этом мгновении – ты, твоя мать, отец, школа, друзья… Этот мир уже исчез, я видела это. Но ты живешь в ином потоке времени, и для тебя такой исход необязателен, ведь будущее можно изменить. Ну, или хотя бы попытаться. Ты хочешь вернуть свою мать?
Мальчишка понял, что у него слезы на глазах…

перетасовка

Их нереально четкие длинные тени стелились перед ними на дороге. Дорога тоже была нереальной. Бесконечная гладкая и ровная, она делила сумеречный мир пополам. Мальчишка держал девочку за руку и слушал то, что она говорила. Но взгляд его глаз непрерывно блуждал по окрестностям. Он видел, как исчезают дома его города, просто тают в утреннем воздухе, словно ночные призраки. Или, думал мальчик, это я исчезаю сейчас, вываливаюсь куда-то… Иначе откуда это тягучее чувство, будто движешься против течения?
Сквозь тонкие стены последних зданий проглядывалась бескрайняя пустыня.

Перетасовка

…Костер догорел. Звезды уже бледнели. Ветер так и не угомонился. Стрелок перевернулся во сне и снова затих. Ему снился сон – сон про жажду. В темноте было не видно гор. Ощущение вины притупилось. Пустыня выжгла его. Зато он поймал себя на том, что все чаще и чаще думает о Корте, который научил его стрелять. Корт умел отличить белое от черного.
Он снова зашевелился и проснулся. Прищурился на погасший костер, чей узор наложился теперь на другой – более геометрически правильный. Он был романтиком. Он это знал. И ревниво оберегал это знание.
Это само собой, вновь привело его к мыслям о Корте. Ему было известно, что Корт мертв. Мир изменился. Мир сдвинулся с места.
Стрелок закинул дорожный мешок за плечо и двинулся дальше.

Перетасовка.

– Есть человек. Убийца. Осколок другого мира, другого времени. Сила, которая старается вернуть все вспять. Впрочем, у него самого не хватает воображения понять, что он такое. Он даже не осознает смысла многих своих поступков. Но что он умеет делать почти в совершенстве – так это убивать. Врагов. Друзей. В каждом он видит одно из двух: либо препятствие, либо средство на пути к Ней.
– Он идет к Башне?
– Да. Это его цель. И если он доберется до Нее, у твоего мира не останется надежды. Я могу помочь твоему миру, но только в том случае, если стрелок остановится, не завершив свое путешествие.
– Ты можешь сделать так, чтобы люди вернулись?
– Я – нет. Темная Башня – да. Я могу… попросить Ее. Она услышит, Она знает мой голос. Вселенная меняется, миры зарождаются и гибнут. Не умрет твой мир, умрет другой. Таков порядок. Но тебя это не должно волновать. Знай, ты можешь прожить свою жизнь среди родных. Для этого останови стрелка. В противном случае

перетасовка

где-то в мистической вышине, где миры кружатся прямо над головой, семь карт с шорохом бури легли в новом неумолимом раскладе. Иначе упал Повешенный. Вторая карта, Моряк, выдвинулась к центру. Узник и Госпожа Теней еще только ждут своего часа. Из под капюшона скалится Смерть, она готова войти в игру. Шестая карта. Вновь Башня довлеет над всем. Как всегда. А седьмая? Это Жизнь. Блистающее солнце и голубизна небес. Купидоны и эльфы. Чья Жизнь? Где ее место в раскладе? Знать этого не дано. Не так уж и много способна изменить

перетасовка.

Мальчик ждал уже несколько дней. Или недель. Да, скорее все-таки недель. Здесь была вода, сушеное мясо, тень. Ждать он мог долго. Мир вокруг разительно изменился. Мир опустел. Мир стал кипящей пустыней. Апофеозом всех пустынь. С трудом верилось, что это все еще его мир. К тому же эти странные здания, близ которых его оставила девочка в голубом… Они выглядели древними. Во-первых, потому что так давно не строили в городе, откуда мальчуган был родом. Наверное, это другой город, подумал он. Или поселок. Точнее, два дома, оставшиеся от поселка. Ну, а во-вторых, трухлявую рассыпающуюся от прикосновения древесину покрывал неровный слой песка, да и оба дома заметно осели и, кажется, накренились.
Он сидел в тени того дома, что, похоже, некогда был жилым, и размышлял обо всем этом, прислонившись к стене.
Девочке в голубом платье он верил. Девочка олицетворяла для него надежду. Он очень хотел вновь увидеть свою мать. Отца тоже. Но отцовского лица он не помнил. Нужно было верить девочке, чтобы все получилось. Мальчик вспоминал тот чудной сон, когда девочка предрекла ему судьбу и передала непонятный ящик, полный, казалось, свинца. Или это была явь? Но где тогда ящик? Теперь он старался отогнать от себя подозрения в том, что и сама девочка ему пригрезилась… Сюда он мог добраться и сам. Он знал, что может долго идти и не есть. А это беспощадное солнце… оно может свести с ума. Нет, нужно верить. Верь, верь.

Страница: 1 2 3  < предыдущая | следующая >
© Михаил Павлов, 2009


Вернуться к списку фэнфиков
случайная рецензия
Скучная книга
Стас
на правах рекламы



© Программирование Дмитрий Голомолзин, Dandelo, 2011
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАТЕРИАЛОВ САЙТА ВОЗМОЖНО ТОЛЬКО С РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРОВ И УКАЗАНИЯ ССЫЛКИ НА САЙТ Стивен Кинг.ру - Творчество Стивена Кинга!
ЗАМЕТИЛИ ОШИБКУ? Напишите нам об этом!
Яндекс.Метрика